Читать будет так как я хочу

Читать будет так как я хочу

Но тогда еще было рано знать и думать об этом. В голове крутилась одна-единственная фраза. Молотком стучала в виски, иногда стихала до шума падающих капель, потом начинала греметь набатом.

— Не придет. Он больше не придет. Никогда не придет. — На разные лады и интонации. Словно, повторяя сотни и тысячи раз, я, наконец, смогу принять ее смысл.

Не придет никогда. Человек, воплотивший в себе весь мой мир, все надежды, мечты и радости. Заменивший семью, заставивший забыть. О матери, от которой в памяти и осталась лишь горькая обида, об отце, желавшем дать мне все, но не давшем самое главное, о бабушке и крестной… Я от всех отказалась, чтобы быть только с ним. И он дал мне все, чего раньше так сильно не хватало: позволил любить, не думая о рамках и условностях, позволил жить, чувствуя себя любимой. Заставил мечтать о семье с ним, большой и дружной, счастливой и полной семье…

А сегодня он сообщил, что не придет больше. А если бы я не сбежала с последней пары, чтобы увидеть пораньше, то и этих слов не услышала бы.

— Глеб, что случилось? — застыла у дверей, как вкопанная. Он еще не должен был находиться дома. Я надеялась, что смогу его встретить с работы.

— Настя? Почему ты здесь? — Глеб поднял голову от сумки, в которую складывал вещи. Что-то пытался утрамбовать покомпактнее, а оно никак не хотело влезать.

— Глеб, куда ты собираешься? — ответ на мой вопрос услышать было куда важнее, чем рассказывать про ненужную и скучную лекцию, идти на которую не захотела.

— Я ухожу. — Не глядя в глаза. Нарочито внимательно оглядывал прихожую. Словно искал, не забыл ли чего. А я уже видела — ничего не забыл. Глеб умеет все делать хорошо и качественно.

— Куда уходишь? Зачем? — еще не понимая значения этих слов. Надеясь, что просто в поездку срочную сорвался.

— Я понял, что больше не хочу быть с тобой. Поэтому ухожу. — Наконец, он посмотрел прямо на меня. Но лучше бы этого не делал. Вместо любящих, нежных, горячих глаз я увидела холодные, потухшие. Будто пеплом присыпанные.

— Как это… что значит… О чем ты говоришь, Глеб?! — может быть, стоило броситься ему на шею, плакать, уговаривать… Возможно, поведи я себя иначе, он бы еще передумал… Но я все так же стояла на месте. Не способная двигаться, чувствовать, думать. Понимание, что это конец, уже накрывало потихоньку. Но я все еще продолжала надеяться… на что — неизвестно.

— Я не приду больше, Настя. Вот ключи от квартиры. Она оплачена еще на три месяца вперед. Больше не смогу, извини. Это время можешь здесь жить спокойно, а там придется самой подумать…

Глеб подошел ко мне практически вплотную. Но не обнял, не поцеловал, как всегда делал раньше. Просто отодвинул в сторону, как неживую. Я ему мешала обуваться.

Прислонилась к стене, понимая, что еще немного — и рухну. Ноги не держали совсем. Очень хотелось сползти на пол… нет, не для того, чтобы в ногах у него валяться. Просто свернуться бы калачиком… Но остатки гордости не позволили.

Глеб методично шнуровал кроссовки, потом застегивал куртку, похлопал по карманам по привычке… Все так спокойно и обыденно, будто в магазин собрался и через полчаса вернется.

— Ну, давай, Настя. Не грусти. — И поцеловал в лоб, словно покойника, прости Господи.

А я не сильно-то от покойника и отличалась.

Глава 1

— Я вижу, тебе здесь не нравится. Пойдем отсюда. — И увел, не спросив согласия.

Не знаю, каким образом Глеб затесался на вечеринку моих однокурсников. Он был старше нас всех, серьезнее, и совсем ни на кого не похожим.

Я скучала в этой компании, впрочем, как обычно. Пить нельзя — отец не поймет, если вернусь домой пьяная. Понять нетрезвых друзей и разделить с ними развлечения — невозможно. Оставалось только притворяться, что пью, и что мне так же весело, как и всем. Это была моя плата за возможность быть немного похожей на ровесников, не сидеть в четырех стенах отцовского дома, а общаться с «друзьями».

— Зачем ты здесь? — задал вопрос, помогая натянуть рукава куртки. — Зачем тратишь время?

— А ты зачем? — я заметила его еще раньше. Глеб сидел на диване, почти ни с кем не общался. Хладнокровно наблюдал за творящимся безобразием, но не участвовал в нем никак. Как будто крупный черный ворон случайно приземлился в стайке воробышков.

— Чтобы забрать отсюда тебя. Это же очевидно. — Не замечала, чтобы он хоть раз посмотрел на меня с момента, как появился. Сама же украдкой бросала взгляды, очень старалась, чтобы не увидел этого.

— Врешь. — Замотала шарф, сама толкнула дверь. Не позволила ему проявить галантность.

Он шел за мной следом по лестнице. Весьма неудобно выворачивать шею, чтобы оглядываться и смотреть в глаза. Я остановилась. Развернулась и голову задрала. И так высокий, он казался еще выше, стоя на пару ступенек надо мной.

— Что «естественно»? Зачем ты забрал меня оттуда и куда ведешь?

— Естественно — то, что пришел сюда по своему делу. Зачем — уже сказал, чтобы ты не умерла здесь от скуки. Будет жаль, если мир потеряет такую красивую девушку. Кстати, я — Глеб. А тебя как зовут?

— Ты обо мне вообще ничего не знаешь?

— Уже очень многое… — Одним шагом преодолел расстояние между нами, склонился над ушком, обдав кожу горячим дыханием. — Рассказать, что именно?

Со мной так никто никогда не разговаривал. Все знали, что к Насте Астафьевой нельзя приближаться больше, чем на полметра. Откуда у парней взялось такое предубеждение — понятия не имею. Я никого не гоняла. Но ни один не приблизился, как бы мне этого ни хотелось.

А этот — раз, и уже дышит мне в шею. Так, что ноги подкашиваются, а по спине пробежал предательский волнующий холодок. Ноздри раздулись, втягивая безумно приятный аромат парфюма. Неизвестный мне, но такой тревожащий…

— Расскажи, будь добр… — Хорохорилась, хотела тоном показать, что плевать на его близость. А руки чесались вцепиться в полы его пальто.

Читайте также:  Как по английски бусинка будет

— Ты очень одинокая. Тебе плохо среди этих людей, но других нет. Поэтому ты находишься с ними… — говорил приятным голосом ужасно больные вещи. Неожиданно прервался: — Так как тебя зовут, одинокая девочка?

— Настя… — дать бы ему пощечину за наглость. Но за правду не бьют. Эту истину отец заставил усвоить с детства.

Источник

Я так хочу

Согласившись выручить кузину из неловкой ситуации, юная девушка отправляется вместо нее на место тайного свидания и в результате оказывается жертвой несправедливых грязных обвинений. Но еще более страшным, чем клеветнические домыслы, становится для героини ощущение, что объятия и поцелуи, предназначенные другой, ей отныне дороже всего на свете. Воспоминания о таинственном незнакомце преследуют ее.

И даже встреча с человеком, заставившим трепетать ее сердце, не приносит долгожданного успокоения. Ибо ее избранник ведет себя так, словно решил стать орудием возмездия за не совершенное ею преступление.

Инга Берристер
Я так хочу

… Замирая от страха в непроглядной тьме, она идет по узкой тропинке к летнему домику. Нервным движением открывает дверь и входит. Тихо и темно, никого нет. Проходит несколько минут – никого. Она поворачивается, чтобы уйти, но тут дверь распахивается, и в проеме она видит силуэт высокого широкоплечего мужчины.

– Я знал, что ты придешь, – произносит он медленно низким голосом, и она догадывается, что он сгорает от желания овладеть ею.

Тяжело дыша, он увлекает ее в угол и, крепко обхватив, прижимает к своему жаркому телу. Она чувствует на губах горьковатый вкус его поцелуев. Неведомые до сих пор ощущения, будто молнии, пронзают ее. В темноте она различает лишь блеск его глаз и привкус мяты в дыхании. Ее тело трепещет от его прикосновений, а сердце словно хочет выпрыгнуть из груди. Она забывает, зачем она здесь.

– Меня сводит с ума, когда ты изображаешь, как ты застенчива и нерешительна – словно девственница со своим первым мужчиной. Но ты ведь не девственница? Никакая девственница не могла бы так смотреть на мужчину, как ты смотришь на меня. – Она молчит, не в силах произнести ни одного слова, а он продолжает: – Ты знаешь все уловки, как заставить мужчину безумно желать тебя. Но мне от тебя нужно больше, чем твоя игра в невинность. И я чувствую, что ты хочешь того же.

Его губы приникают к ее рту, а напряженное тело прижимается к ней.

– Дорогая! Дай мне показать, как сильно ты нужна мне, – звучит его низкий голос.

Чувственная дрожь пробегает по ее телу. Губы вздрагивают под его неистовыми поцелуями. Ее никто не целовал так.

– Не мучай меня. Поцелуй!

Затрепетав, она раскрывает губы. Его язык проникает в ее рот, а руки сжимают ее груди, которые напрягаются от этих возбуждающих прикосновений.

– О Господи, как я хочу тебя.

Его руки ищут молнию ее платья. И ей кажется, что ничего не может быть прекраснее, чем эти поцелуи и объятия, чем это страстное желание.

– Дай я сниму это платье. Я мечтаю прикоснуться к твоему телу. Могу поклясться, что ты сладкая как мед и нежная как шелк. Я хочу тебя.

– Я тоже хочу тебя, – хрипло вторит она и покрывает поцелуями его шею.

Ее пальцы проникают сквозь вырез его рубашки и погружаются в мягкие, курчавящиеся волосы. Она нетерпеливо ждет, когда он расстегнет молнию на ее платье.

Но он больше не обнимает ее.

– Что происходит? – яростно спрашивает он. – Ты ведь не Рейчел? Кто же ты.

Чармиан вздрогнула и усилием воли заставила себя очнуться от видений. Она столько лет гнала от себя воспоминания о той ночи, что почти поверила: все забыто навсегда. Лишь иногда, в горькие минуты, она вызывала в памяти смутный образ того незнакомца. И вспоминала о нем со смешанным чувством вины, стыда и… желания. Почему именно сегодня, в самый неподходящий момент, все это поднялось из глубин ее памяти? Должно быть, разнервничавшись, она ослабила контроль над эмоциями. Надо взять себя в руки.

Высокая, тоненькая и стройная, она выглядела так, будто только что вышла из парижского дома моды. На самом деле все ее наряды были сшиты ею самой – руки у Чармиан были золотые, а вкус – безупречный. Все же ее волновало, как смотрится костюм, и она сидела в напряженной позе, изредка одергивая юбку. Хорошо, что в комнате не было никого, кто стал бы разглядывать ее слишком пытливо. По-видимому, она осталась последней из тех, кто претендовал на должность домоправительницы в поместье, недавно купленном богатым бизнесменом Джеффри Хокинзом.

В другой ситуации Чармиан, может быть, и не стала бы так нервничать: ведь ей приходилось готовиться и к более ответственным встречам. Но никогда раньше она не нуждалась в работе так, как сейчас. Ей было безразлично даже то, что ее квалификация слишком высока для этой работы. Ее способности и отличная подготовка, и большой опыт работы в престижных европейских отелях вряд ли пригодятся в маленьком городке.

Всю последнюю неделю Чармиан по нескольку часов в день заполняла полки местного магазина и была довольна теми деньгами, которые зарабатывала.

Проблема была в том, что работа даже в самых высококлассных отелях никогда хорошо не оплачивалась. Прежде она как-то не замечала этого и занималась своим делом с увлечением. Ей нравилось много путешествовать, встречаться с новыми людьми. И хотя она жила в отелях бесплатно, это не слишком много добавляло к ее крошечному жалованью.

Но в то время ей нужно было заботиться только о себе. Тогда ее любимая бабушка, тоже Чармиан, не нуждалась в ней так, как сейчас.

Шеф, отпуская девушку, отнесся с пониманием к ее положению и не потребовал компенсации за разрыв контракта. Старый друг их семьи Нортон, боясь разволновать Чармиан, долго не писал ей о состоянии миссис Риверс. Но Нортон и сам не знал, насколько серьезно больна бабушка.

Получив очень осторожное письмо Нортона, Чармиан тут же уволилась и приехала к бабушке. Первый же разговор с врачом поверг ее в шок.

– Да, – говорил доктор, – ваша бабушка крепкая женщина, но ей уже давно за шестьдесят, и сердце ее в очень плохом состоянии. Необходима операция.

Чармиан не могла и подумать о том, что потеряет бабушку или оставит ее без помощи в такой момент. Необходимо было срочно что-то предпринять.

– Что значит «ты возвращаешься домой»? – спросила бабушка, когда внучка неожиданно вернулась. – А как же твоя работа, твоя карьера?

Читайте также:  Состояние как будто температура но температуры нет что это может быть

– О, с этим все в порядке, – ответила Чармиан, стараясь скрыть волнение. – Я просто решила сделать перерыв, чтобы обдумать, как жить дальше. Компания предложила мне работу в только что открывшемся отеле в Сеуле, и…

– И что? – сердито воскликнула бабушка. – Ведь ты мечтала о такой возможности всю жизнь.

– Вообще-то да, – согласилась Чармиан. – Будь это какое-либо другое место, а не Сеул, я бы, возможно, согласилась. Но это слишком далеко, и кто знает, что там может произойти.

– Господи, да что ты такое говоришь?

Чармиан заметила недоверие во взгляде бабушки и поспешила успокоить ее, снова слукавив без всяких угрызений совести:

– Но я еще не приняла решение. Компания дала мне три месяца на размышление.

– Три месяца. Но ведь тебя никогда не отпускали больше, чем на две недели.

– Вот именно. Мне понадобится много времени, чтобы все хорошо обдумать, – ответила Чармиан.

Узнав у доктора, сколько будет стоить бабушкина операция, она пришла в отчаяние. Чармиан хорошо понимала, что ей не удастся достать несколько тысяч фунтов. У бабушки не было никаких сбережений. Она давно заложила свой маленький коттедж компании, которая обязалась ежегодно выплачивать ей небольшую сумму. С помощью этих денег бабушка кое-как сводила концы с концами. Самой Чармиан при ее мизерном жалованье не удалось скопить ничего. До сих пор это ее не слишком волновало. Но теперь… Дело в том, что из всей их семьи остались лишь она и бабушка. Отец Чармиан, единственный сын бабушки, умер, когда девочка была маленькой. А ее мать, ее несчастная мать вскоре после смерти мужа утонула во время купания. Но незадолго до гибели мать официально оформила опекуном дочери своего любимого брата. В его дом Чармиан и попала после ужасной смерти матери. Легкая дрожь пробежала по телу девушки при воспоминании о тех годах…

Комната, в которой она ждала своей очереди, была со вкусом обставлена элегантной дорогой мебелью. Ее убранство дополняли шелковые занавеси и изысканные антикварные предметы. Она напоминала Чармиан о комнатах в доме опекуна в Лондоне. Он был не так велик, как этот георгианский особняк, но в свое время поражал ее воображение. Вся эта роскошная обстановка, бесценные произведения искусства, антикварные вещи были такими же, как в доме опекуна, который предпочитал жить в роскоши.

Позже выяснилось, что все его богатство было результатом мошенничества. Полиция занялась этим делом, но опекун скрылся, в очередной раз не заплатив за свои проделки. Ему всегда удавалось выкрутиться, испортив при этом жизнь многим людям.

Чармиан слышала, что опекун устроился где-то в Мексике, и путь в Англию был для него навсегда закрыт. Хотя эта страна была его домом в течение многих лет.

Конечно, жизнь в особняке опекуна отличалась от жизни в маленьком деревенском домике бабушки. Но у Чармиан ни на секунду не возникало сомнений, где ей больше нравится.

Последний кандидат что-то слишком долго не выходил из кабинета хозяина. Видно, с ним беседовали серьезнее, чем с другими. И Чармиан занервничала еще больше.

Когда ей позвонили из конторы по найму и предложили работу, она с трудом поверила в такую удачу.

– Это не совсем то, что вы привыкли делать, – произнес сотрудник конторы извиняющимся тоном. – Вам придется главным образом выполнять работу экономки. Но жалованье очень велико, к тому же покрываются все расходы на транспорт. И вы будете работать менее чем в двадцати милях от дома вашей бабушки.

Далее последовали пространные объяснения о ее служебных обязанностях и требованиях, которые предъявляет работодатель.

Источник

Будет так, как я хочу

Глава 1

Он был первым, кто подошел, взял меня за руку и сказал:

— Я вижу, тебе здесь не нравится. Пойдем отсюда. — И увел, не спросив согласия.

Не знаю, каким образом Глеб затесался на вечеринку моих однокурсников. Он был старше нас всех, серьезнее, и совсем ни на кого не похожим.

Я скучала в этой компании, впрочем, как обычно. Пить нельзя — отец не поймет, если вернусь домой пьяная. Понять нетрезвых друзей и разделить с ними развлечения — невозможно. Оставалось только притворяться, что пью, и что мне так же весело, как и всем. Это была моя плата за возможность быть немного похожей на ровесников, не сидеть в четырех стенах отцовского дома, а общаться с «друзьями».

— Зачем ты здесь? — задал вопрос, помогая натянуть рукава куртки. — Зачем тратишь время?

— А ты зачем? — я заметила его еще раньше. Глеб сидел на диване, почти ни с кем не общался. Хладнокровно наблюдал за творящимся безобразием, но не участвовал в нем никак. Как будто крупный черный ворон случайно приземлился в стайке воробышков.

— Чтобы забрать отсюда тебя. Это же очевидно. — Не замечала, чтобы он хоть раз посмотрел на меня с момента, как появился. Сама же украдкой бросала взгляды, очень старалась, чтобы не увидел этого.

— Врешь. — Замотала шарф, сама толкнула дверь. Не позволила ему проявить галантность.

Он шел за мной следом по лестнице. Весьма неудобно выворачивать шею, чтобы оглядываться и смотреть в глаза. Я остановилась. Развернулась и голову задрала. И так высокий, он казался еще выше, стоя на пару ступенек надо мной.

— Что «естественно»? Зачем ты забрал меня оттуда и куда ведешь?

— Естественно — то, что пришел сюда по своему делу. Зачем — уже сказал, чтобы ты не умерла здесь от скуки. Будет жаль, если мир потеряет такую красивую девушку. Кстати, я — Глеб. А тебя как зовут?

— Ты обо мне вообще ничего не знаешь?

— Уже очень многое… — Одним шагом преодолел расстояние между нами, склонился над ушком, обдав кожу горячим дыханием. — Рассказать, что именно?

Со мной так никто никогда не разговаривал. Все знали, что к Насте Астафьевой нельзя приближаться больше, чем на полметра. Откуда у парней взялось такое предубеждение — понятия не имею. Я никого не гоняла. Но ни один не приблизился, как бы мне этого ни хотелось.

А этот — раз, и уже дышит мне в шею. Так, что ноги подкашиваются, а по спине пробежал предательский волнующий холодок. Ноздри раздулись, втягивая безумно приятный аромат парфюма. Неизвестный мне, но такой тревожащий…

— Расскажи, будь добр… — Хорохорилась, хотела тоном показать, что плевать на его близость. А руки чесались вцепиться в полы его пальто.

— Ты очень одинокая. Тебе плохо среди этих людей, но других нет. Поэтому ты находишься с ними… — говорил приятным голосом ужасно больные вещи. Неожиданно прервался: — Так как тебя зовут, одинокая девочка?

Читайте также:  Как узнать какие платные услуги на теле2 есть

— Настя… — дать бы ему пощечину за наглость. Но за правду не бьют. Эту истину отец заставил усвоить с детства.

— Не нужно быть одной среди толпы, Настя.

— Ты можешь предложить альтернативу?

— Конечно. Со мной тебе не будет одиноко. Никогда. Обещаю. — Он так же резко, как приблизился, теперь отстранился. Взял меня за руку, повел вниз по лестнице.

— Как захочешь, так и будет. — Ни тени сомнения не возникло, когда я слушала этого малознакомого человека.

Он стал для меня целым миром. А потом взял — и ушел.

Источник

Будет так, как я хочу!

Покупка книги

Аннотация к книге «Будет так, как я хочу!»

Глеб Ольховский пришел в мою жизнь и стал ее смыслом. Подарил мне любовь, надежду и веру в то, что счастье возможно даже для меня, Анастасии Астафьевой.
Но злая ошибка судьбы заставила нас расстаться. Он сказал, что больше никогда не вернется. Мой отец запретил нам и близко друг к другу подходить.
И теперь я должна выйти замуж за незнакомца, забыть о любви и счастье, потерять веру в лучшее. Мой ребенок никогда не увидит своего настоящего отца. А Глеб не узнает о том, что стал папой.
Но я продолжаю верить, что однажды он сделает все, чтобы мы были вместе!

Комментарии к произведению:

1612461929 1127915

Теперь всё будет по другому.
И в первый раз увидишь ты.
Наперекор всему плохому
Сбываются твои мечты.
Жизнь иногда бывает сложной,
Но ты сумела устоять.
И сделав то, что будет можно
Счастливой будешь ты опять.
Преграды позади, остались,
Слёзы не смогут помешать.
Вы снова вместе оказались
Сумев друг друга отыскать.
И перед алтарём поклялись
Друг друга никогда не покидать.
Loveli
Ольга, спасибо огромнейшее!

Последний комментарий в ветке:

1614726080 2209725

Последний комментарий в ветке:

DVVfjMb3IkqZPKA8N b6fbYN69zABG s

Большое спасибо за интересную книгу.

Последний комментарий в ветке:

PaLNgDGJngLBZFGA9EsNwdOj6uhPy9Q1

Ни Глеб, а ангел прям ))) пусть его мечта исполнится)))
Спасибо большое, Ольга.

В ветке 5 Комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

PaLNgDGJngLBZFGA9EsNwdOj6uhPy9Q1

Wy ta2coHA3waPFqzsoOwgl36s2D1V32

Спасибо большое за замечательную историю да еще и с элементами интерактива! )) Рада за главных героев, согласна с бабулей, хоть это и не по-христиански, но папаша Насти вовремя убрался!

Последний комментарий в ветке:

1575539526 455086

Галина Морева, спасибо, Галина)) я очень старалась, чтобы всем было интересно, и чтобы никто из читателей не заскучал))
Очень благодарна за ваш постоянный интерес и поддержку. Они дорогого стоят!

Последний комментарий в ветке:

1575539526 455086

Ирина, и вам спасибо взаимное, Ирина!

спасибо за книгу! очень рада,что у героев все разрешилось.
интересно было бы почитать про Игоря))

Последний комментарий в ветке:

1575539526 455086

Ксения, спасибо, Ксения))
в планах есть история про Игоря, но я пока над ней думаю, пока еще все слишком сыро)) но она будет обязательно!

1544648483 76172

Да уж, досталось Глебу от Настиного папы, по полной программе. Но он молодец, выдержал и сделал так как хотела Настя. ну и немножко он сам)
Спасибо большое, Оля! Книга отличная, я наслаждалась каждой главой)

Последний комментарий в ветке:

1575539526 455086

Vita Korneeva, спасибо, Vita! Это одна из тех книг, в которой каждая глава рождалась удивительно легко, благодаря теплой поддержке читателей))
Спасибо за нее!

1606778563 1116805

Ух. одним «спасибо» моей благодарности за эту историю не объять. Переживала за них как за себя, умилялась до слёз, а финал. пишу, а на лице улыбка во все тридцать два))) Покорил теперь уже отец большого и счастливого семейства. Человек слова, который точно знает, чего хочет и просто так обещаний не разбрасывает. С ним ей действительно не будет одиноко. Никогда. Верю.
Очень полюбилась Настя. Молодая девушка, а сколько в ней мудрости и внутренней силы, о которой она вначале не догадывалась. За бабулю отдельное спасибо))) Буду скучать по этому маленькому урагану)))
Вдохновения на новые истории, Оля! ツ

Последний комментарий в ветке:

1575539526 455086

Источник

Будет так как я хочу

«Трансфернинг реальности»-эзотерическое учение Вадима Зеланда,если кто знаком с этим учением,тогда будет понятен этот стих.В вкратце это учение о том,что любой человек управляя правильно своими мыслями может иметь все что он захочет,для этого нужно поднять свою энергетику путем избавления от вредных привычек,правильного натурального питания,наконец проснуться и увидеть мир осознанно,т.к. на самом деле мы сидим в матрице техногенной системы.Я изучаю это учение и если практиковать постоянно и правильно,работает на все 100%,знаю по себе.За рекламу Зеланд должен чаевые отстегнуть(ШУТКА).Итак:

Зачем ластами барахтать?
Трепыхаясь как мастак,
не хочу рыть носом землю,
получить хочу все так.

Я же родился в этом мире,
значит должен быть я тут,
не хочу как все в сортире,
надевать себе хомут.

Не хочу я как лягушка,
делать сливки с молока,
басню мне шепнули в ушко,-
трепыхалася на она.

Получить хочу я просто,
потому что тут живу,
просто так,я здесь родился,
получить все что хочу.

Не доказывая людям,
что на свете я умен,
что еще кому то должен,
и во власти их пленен.

Получить хочу все блага,
потому что здесь живу,
и назвать меня салагой,
не позволю ни кому.

Я хочу,хочу и точка,
это право есть мое,
написать есть много строчек,
я хочу,и все свое.

Разве я не прав ребята?
мы родились тут на свет,
получить свое-есть свято,
кто то скажет Да!Кто Нет!

Просто так,свое хочу я,
без барахты ней из вне,
что задумал-получу я,
и советую тебе.

Просто нужно думать цельно,
извлекать лишь суть,-зерно,
в мыслях столько накопилось,
что мешает жить оно.

Что оно?Ответа нету,
есть у каждого ответ,
у кого то нету света,
а кому то дали свет.

Я хочу,и так и будет,
все мое,я так хочу,
только тут лишь Бог рассудит,
напишу,не промолчу.

Захотел так,смех пробрался,
вам тепло?В своих шубейках?
Если честно все сидите,
словно клоны,все в ячейках.

Матрица постигла землю,
и все людство, все живое,
все стоят как будто кегли,
битою страшатся злою.

Всех у нас не пища,-КОРМ,
все едят что в гастрономе,
все считают это в норме,
все же в ячейках как бы в роде.

Я хочу,хочу я пищу,
чтоб первозданною была,
трудно сейчас найти,а ищешь,
хотя бы парного молока.

Люблю я пиво если честно,
и для меня ну просто шок,
здесь комментарии не уместны,
все пиво-чистый порошок.

Загажено весь ум и тело,
все в матрице,и что едим?
когда же черное станет белым?
Ну разве это все хотим?

А я хочу,хочу и буду,
и я хочу чтоб все хотели,
поверьте,есть такое чудо,
что захотели-то имели!

Источник

Adblock
detector