Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться феофан затворник отзывы

Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться феофан затворник отзывы

Святитель Феофан Затворник

Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться

©Составление, оформление, Сибирская Благозвонница, 2013

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Издание подготовлено по: «Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться? Письма епископа Феофана». Издание седьмое Афонскаго Русскаго Пантелеимонова монастыря. Москва, 1914.

1. Вступительное напоминание о данном обещании вести переписку о духовной жизни. Ожидаемая от сего польза

После того как пред отъездом Вашим в Москву мы условились вести беседу о нужных для Вас вещах письменно, мне естественно было ожидать, что по прибытии на место Вы дадите знать о себе и новой для Вас обстановке. Ждал и жду, но вот сколько уже времени ничего не дожидаюсь. Что сделалось? Уж здоровы ли Вы? Храни Вас Матерь Божия. Или намерение переменили? Всяко бывает – и это возможно. На этот случай и пишу теперь, чтоб, если так есть и тут участвует какая-либо опаска обо мне – что-де обременять не след или другое что, – вы выбросили ее из головы. Писание к Вам, и притом о таких предметах, не будет для меня тяготою – напротив, составит немалое удовольствие, внося некое разнообразие в обычные мои занятия. Скажу нечто большее: что если не состоится задуманное нами, то я буду себя чувствовать так, как чувствует себя понесший какой-либо убыток или потерявший нечто. Как это, не стану Вам объяснять, но повторяю, что сие так будет и что сему так и быть должно. Вот и приходится не совет Вам давать, а прошение прилагать: пишите. Хоть большой мудрости нечего Вам от меня ожидать, но один уже пересмотр всего достодолжного доставит Вам немалую пользу, оживив в памяти Вашей всю эту область и сосредоточив на ней внимание, может быть, с возгрением и особой энергии. А в этом последнем какое благо! Ибо если бывает у нас нескладность в жизни, то она всегда почти происходит не столько от худоумия и худосердечия, сколько от недостатка ретивости и ревности к достодолжному.

2. Отзыв о причине молчания. Необходимая откровенность и простота в переписке. Суета светской жизни

А я растерялся в догадках: что бы такое было? А вот что! Бабушка немножко болела. Ну, бабушка – победоносное слово. Для внучек нет теплее места, как у бабушек, нет и для бабушек дороже лиц, как хорошие внучки. И за это надо Бога благодарить. А Вы чаще утешайте бабушку и внимательнее слушайте, что она говорит. У стариц – мудрость, опытами и трудами жизни приобретенная. И они часто невзначай, в простых фразах высказывают такие мудрые уроки, которых и в книгах поискать – не найдешь.

Хоть Вы представили очень удовлетворительное объяснение, почему не писали так долго, но все же следовало бы на Вас наложить хоть небольшую епитимью, в видах исправления. Думаю, однако ж, что, может быть, Вы лучше расположитесь к исправности, если поблагодарю Вас, что писали, и за то, что писали. И благодарю.

Обещаете быть откровенною. Добре! Откровенность – первое дело в переписке, иначе нечего было ее и затевать. И пишите всегда сплеча – все, что есть на душе, и особенно пополнее излагайте вопросы, которые зашевелятся в голове и станут настойчиво требовать решения. Тогда и решения будут приниматься, как земля жаждущая принимает воду. И это есть самый лучший способ и приобретения, и закрепления в душе понятий, разъясняющих суть предметов и дел, которых яснозрение очами ума считаем мы для себя необходимым. Какой был бы толк, если б я написал Вам об одном, а Ваша душа была бы занята другим? Это было бы пусторечие, похожее на то, как если б два лица разговаривали между собой, обратясь друг к другу спиной и каждый толкуя о том, что у него пред глазами. Мы, кажется, так и положили с Вами, что не будем заниматься отвлеченностями и рисовать планы и теории, а поведем речь так, как вести ее заставят текущие явления жизни. Так и будем идти шаг за шагом.

Пишете, что у Вас «рябит в глазах». «Дня с два, – говорите, – случилось мне пробыть в обычных здесь общественных увеселениях: то в театре посидела, то погуляла, то была на вечере. И что это за толкотня, какие речи, какие о всем мудреные суждения, какие приемы в обращении? Все это мне дико, а от толкотни мыслей не сберу». Это на первый раз Вам так показалось, а потом присмотритесь. Впечатление, Вами испытанное, после покойной простой семейной в деревне жизни совершенно в порядке вещей. Я бы сказал Вам: по этому и судите, где истина жизни и где ложь, – но не знаю, что у Вас от всего бывшего засело на душе. Ибо возможно, что на поверхности будто и неодобрение таких порядков, а поглубже – сочувствие им и желание повторения. Жизнь, которой частичку.

Вы видели, имеет одуряющее свойство: так что и видят, что все это не то, а все тянутся, как привыкший к опиуму знает, что будет как сумасшедший, а все принимает его или потому и принимает. Так Вы как себя чувствуете? Тянет Вас еще туда же? Желательно Вам так проводить жизнь? Прошу хорошенько расписать мне это – и по правде.

3. Пустота и односторонность светской жизни

Как Вы обрадовали меня Вашим ответом! «Не тянет, напротив, отталкивает. Не один день после того я была как разбитая, душа моя томилась и тосковала, и я сладить с собою не могла. Насилу-насилу отлегло». Что же это Вы прошлый раз не прописали этого? Мне и показалось, что, помалчивая, Вы прячете зазнобу или занозу. Дай Бог, чтоб такое отревающее от светской жизни и светских увеселений чувство навсегда сохранилось в Вас. Но возможно и то, что слюбится. Как видно, Вам нельзя не соприкасаться к такой жизни. Во второй раз будет уж не так разрушительно и смутительно, в третий – еще меньше, а потом и ничего себе, как говорят про водочку: первая чарка колом, вторая соколом, а там уж только подавай. Которым приходится зайти в табачную мастерскую, что испытывают? И глаза ест, и в носу точит, и дохнуть нельзя. А которые трут-то, тем совсем ничего; да и эти свежие, постояв немного, уж не так жмурятся, чихают и перхают, а потом и совсем эти неудобства прекращаются. Смотрите, не случилось бы и с Вами подобного относительно так возмутивших покой Ваш порядков жизни.

Вы будто упредили мой вопрос и говорите: «И не думаю, чтоб я помирилась когда-нибудь с такою жизнью. Присматриваюсь и нахожу, что это не жизнь. Не умею этого объяснить, но утверждаюсь в мысли, что это не жизнь. Движения тут много, а жизни нет. Вон и моя швейня куда как хлопочет, но что в ней за жизнь?» Прекрасную мысль породила Ваша светленькая головка. Теперь Ваше положение я могу считать более надежным. Чувство одно непрочно: оно может измениться. Но когда в помощь к нему приходит основательная мысль, то оно упрочивается и собою опять упрочивает мысль. Вдвоем они похожи на крепость. Но чтоб эта крепость была крепче, надо Вам понять, почему именно нет жизни в той жизни. Если продолжатся наши беседы, то со временем подробно выяснится это; теперь же скажу только: потому нет в той жизни жизни, что она не все стороны человеческой жизни занимает, питает, а только малую частичку, и притом такую, которая стоит на последнем месте или, вернее, на окраинах жизни, не касаясь центра ее. Жизнь человеческая многосложна и многостороння. Есть в ней сторона телесная, есть душевная и есть духовная. Каждая имеет свои силы и потребности и свои способы и упражнения их, и удовлетворения. Только тогда, как все силы наши бывают в движении и все потребности удовлетворяются, человек живет. А когда у него в движении только одна частичка сил и только одна частичка потребностей удовлетворяется, то эта жизнь – не жизнь: все одно, как в Вашей швейне движение должное бывает только тогда, когда все части ее в ходу. Прекратись действие какой-либо части – машинка стала: не живет. Не живет и человек по-человечески, когда в нем не все в движении. Только в машинке прекращение ее жизни – движения – видимо видится, а в человеке бездействие в нем полной человеческой жизни, при действии одной какой стороны и удовлетворении немногих потребностей, совершается невидимо, хотя есть действительно, как действительна неподвижность сказанной машинки. Таков закон человеческой жизни! Приложим его к тому, о чем у нас речь. Какие силы там заняты и какие потребности удовлетворяются? Заняты руки, ноги, язык, глаза, уши, обоняние, осязание, память, воображение, фантазия и сметливость, все в совокупности – самая низшая сторона человека, одинаковая у него с животными; и удовлетворяется только одна потребность животной жизни или, лучше, играние сей жизни, какое действует и в молоденьких барашках с овечками, когда их выгоняют на зеленую поляну. Кроме этих сил, есть у человека еще два-три яруса их и еще главный им центр.

Читайте также:  Как сделать что номер был неизвестный билайн

Источник

55. Продолжение о борьбе со страстями

Положим, что вы сторожите за своим сердцем. Усторожите ли?

Во-первых, скажу, что вы имеете возможность усторожить. Когда темно – и большой вещи не заметишь, а когда светло, то и маленькая сама собою бросается в глаза. В душе темно, пока она не обращается к Богу, а живет в самоугодии; когда же обратится к Богу, то в нее входит свет, и мысль о Боге, как солнышко, все в ней освещает. Кто живет в самоугодии, тому нечего и говорить: смотри, как бы не прокралась какая-либо страсть, потому что самоугодие есть притон всех страстей; оно и принимает их, и прикрывает, и оправдывает, и угодное им творит без поперечения. А кто к Богу обратился и, отвергшись себя, Богу угождать положил, тот уже по сему самому видит, что неугодно Богу, и тотчас замечает это. Неугодно же Богу все страстное, потому что страсти все противны заповедям Божиим, которые одни угодны Богу, яко волю Его выражающие. Вот и вы положили, не жалея себя, угождать Богу и тем разогнали тьму душевную и восприяли освещение в духе. Если исполняете то, что вам писано о памяти Божией, то в вас и солнце духовное светит. Стало вам очень возможно усмотреть, если что подойдет к вам страстное.

Во-вторых, скажу, что вы и приготовились к тому. Когда пред исповедью вы пересматривали себя и уясняли достодолжный для вас образ действования на будущее, то в этом действии вы наметили и чего избегать должно. Чего избегать должно – это и есть область страстей, всегда противящихся тому, что делать должно. Надо смиренным быть, а страсть научает гордости и тщеславию; надо кротким быть, а страсть заставляет серчать и гневаться; надо радоваться благополучию других, а страсть возбуждает зависть; надо прощать обиду, а страсть возжигает месть. Так и всему достодолжному противится свое страстное чувство и движение. Все это вами уяснено для себя и скреплено решимостью и обетом должное одно делать, а недолжное, то есть страстное, все отвергать. Я и говорю, что по сему самому вы готовы не сторожить только за собою, но и усторожить (заметить) всякую подкрадывающуюся страсть.

Разве только вот почему неудачно будет ваше сторожение за собою, что страсть не всегда подходит в грубом своем виде, а нередко представляется в такой благовидности, что и не догадаешься, что это страсть, а подумаешь, что это нечто доброе. Гнев, например, когда воспламенится, всякому видно, что это страсть. Но он не всегда является в своем грубом виде, а нередко приходит и в виде благородного негодования. Так и всякая страсть имеет обычай облекаться в благовидность и рисоваться яко благородною. Вы – благородная и очень удобно можете быть уловляемы на эту удочку. Смотрите же! Надо отвергать все страстное, в самомалейших его проявлениях и в тончайших его чертах. Отвергать? Следовательно, замечать и не пропускать внутрь.

Но как же быть-то?! Ведь прокрадется под прикрытием такой благовидности! Во-первых, если вы единодушно обратились к Богу и всецело Ему себя предали, то Он никогда не оставит вас без вразумления. Ангел Его, хранитель ваш, всегда вложит вам мысль предостерегательную. Внимайте себе и прислушивайтесь к гласу, обличающему недолжное. Во-вторых, когда начнете борьбу со страстями – да вы уже и начали ее, – то начнет у вас (или уже и начала) образовываться опытность духовная: умение сразу отличать правое от неправого. Положите только отнюдь не пропускать ничего сознанного страстным, в каком бы малом и располагающем к снисхождению виде оно ни являлось. Если будете так поступать без жалости, то опытность ваша скоро возрастет. Святой Павел поминает в одном месте о чувствах, обученных «в разсуждение добра же и зла» ( Евр. 5,14 ). Вот это и у вас образуется. Как вкус различает яства, так сердце, обученное чувством своим, будет сказывать, что хорошо и что нехорошо.

Скажете: пока-то обучишься, а тут страстное все будет проскользать да проскользать. Правда, что так бывает, и с вами будет. Но ведь вы уж, конечно, никакой страсти не допустите в ее грубом виде. На этом и стойте крепко. А если что страстное прокрадется воровски, за то Бог не взыщет. Он взыскивает только за то, что из страстного сознательно пропускается, а что проскользает незаметно, за то не взыскивает. Что страстное незаметно пропущено, а потом сознано, что сему не следовало быть, очищайте то покаянием пред Господом и вместе рассматривайте, как оно прокралось, и принимайте меры на будущее. И чрез это будете научаться, как управляться со страстями и со всем страстным.

Но есть один прием, которого если держаться со всем вниманием, то редко что страстное проскользнет незамеченным, именно: обсуждать свои мысли и чувства, к чему они клонят, к угождению ли Богу или к самоугодию. Это определять совсем не трудно. Только внимайте себе. Ведайте, что коль скоро вы делаете что наперекор самоугодию, то тут ошибки нет. Один старец говорил своему ученику: «Смотри, не держи у себя изменника». «Кто такой изменник?» – спросил ученик. «Самоугодие», – отвечал старец. И точно. Оно всем бедам вина. Если разберете, то увидите, что все допущенное худое от него произошло. Следовательно, если пойдете наперекор ему с решительностью неуступчивой, то, наверно, ничего недолжного не допустите. И я всеусердно желаю вам: не держите у себя этого злого изменника.

Читайте также:  Папочка когда я вырасту буду такой красивой как ты

По всему сказанному я заключаю, что вы легко усторожите за собою, если не разленитесь, не распустите внимания и не ослабите воспринятой ревности (помните вашу фразу?) держать себя на уровне человеческого достоинства. Благослови, Господи!

Источник

61. Блюдение слуха и зрения. Как уничтожать худые впечатления видимого и слышимого

Прошлый раз помянул я вам о поводах к возбуждению страстных мыслей, чувств и пожеланий, что на них не следует сваливать вину. Скажу вам теперь о них несколько слов.

Страстные мысли, а за ними чувства и пожелания такие же, иногда сами собою, не знаешь как, возникают в душе. Но большей частью они порождаются под действием внешних впечатлений. Встречаемые вещи, лица и события по роду своему возбуждают и мысли во встречающем. От добрых рождаются добрые мысли, от худых – худые. Но может случиться и наоборот: при добрых породятся худые мысли, а при худых – добрые. Все зависит от постоянного или случайного настроения встречающего. Следовательно, и ответ лежит весь на нем. Как же быть?

Первое: не давать воли своим чувствам, особенно глазам и ушам. Не позволяйте без разбора все видеть, все слышать и всего касаться. Чувства наши похожи на окна или двери, а более – на черпало. Кто отворяет окна и впускает дурной воздух, худо делает. Кто отворяет двери и позволяет входить в свое жилье всякой скотине, не может быть свободен от укора. Но что бы вы сказали о том, кто, взяв черпало – чашку или кружку, – ходил бы по грязным и нечистым лужам, черпал в них и себя тем обдавал? Бестолковее этого что можно придумать? Но не это ли самое делает тот, кто с любопытством останавливается пред нехорошим и слушает недобрые речи?! Нахватается чрез это недобрых помыслов, от них перейдет к недобрым чувствам и пожеланиям – и ходит весь остращенный, как в каком тумане. Итак, благоразумие и долг самоохранения (внутреннего покоя) требуют не на все смотреть, не все слушать и не всего касаться из невольно встречаемого. Мало-мало покажется что могущим расшевелить страсти, надо отвращать от того очи, затыкать пред тем уши или видя не видать и слыша не слыхать.

Второе: случилось, что от чего-либо произойдет худое впечатление и породит худые мысли – надо тотчас спешить изгладить впечатление и пресечь мысли способом, показанным прежде, конечно, прекратив наперед приток впечатлений. Оставаться под дурным впечатлением или оставлять изглаждение его и восстановление душевного мира до другого времени неразумно. Оставаясь под впечатлением, самоохотно будем способствовать расположению худых мыслей и чувств, а оставляя надолго в себе сие дурное, даем ему возможность глубже укорениться и потом дольше сопротивляться изгнанию и очищению, если не совсем завладеть душою.

Третье: однажды испытавши дурное от чего-либо впечатление, не надо произвольно позволять себе встречаться опять с предметами, произведшими его. Это будет означать, что поступающий так любит услаждаться дурным и, следовательно, нечист до глубины сердца. Если же нужда какая заставит повстречаться с ним, надо наперед вооружиться и подготовить сердце свое устоять против дурного впечатления и не допустить его до себя. Внимание, усиленное самопротивление и молитва дадут к тому возможность.

Четвертое: я писал уже вам о том, чтобы вы все встречаемое вами и могущее вам встретиться перетолковывали в духовном смысле. Это надобно сделать и в отношении к предметам недоброго значения. После сего, встречая их, вы будете воспринимать не худые, а добрые мысли, подобно тому, как святой Ефрем Сирианин, встретив разряженную красавицу нескромную, сказал ученикам: «Видите, как она заботится украшать тело свое, которое скоро будет прах? Как же нам не заботиться об украшении души бессмертной?»

Я не имею мысли, будто вам так необходимо стеснить себя, что вы будете похожи на затворницу. Но хочу только навести на решимость не черпать вредного для духа вашего после того, как удостоверились, что только жизнь в духе есть настоящая жизнь, и не только удостоверились, но и испытали то.

Благослови вас, Господи!

Источник

3. Пустота и односторонность светской жизни

Как вы обрадовали меня вашим ответом! «Не тянет, напротив, отталкивает. Не один день после того я была как разбитая, душа моя томилась и тосковала, и я сладить с собою не могла. Насилу-насилу отлегло». Что же это вы прошлый раз не прописали этого? Мне и показалось, что, помалчивая, вы прячете зазнобу или занозу. Дай Бог, чтоб такое отревающее от светской жизни и светских увеселений чувство навсегда сохранилось в вас. Но возможно и то, что слюбится. Как видно, вам нельзя не соприкасаться с такой жизнью. Во второй раз будет уж не так разрушительно и смутительно, в третий – еще меньше, а потом и ничего себе – как говорят про водочку: первая чарка колом, вторая соколом, а там уж только подавай. Которым приходится зайти в табачную мастерскую, что испытывают? И глаза ест, и в носу точит, и дохнуть нельзя. А которые трут-то, тем совсем ничего; да и эти свежие, постояв немного, уж не так жмурятся, чихают и перхают, а потом и совсем эти неудобства прекращаются. Смотрите, не случилось бы и с вами подобного относительно так возмутивших покой ваш порядков жизни.

Вы будто упредили мой вопрос и говорите: «И не думаю, чтоб я помирилась когда-нибудь с такой жизнью. Присматриваюсь и нахожу, что это не жизнь. Не умею этого объяснить, но утверждаюсь в мысли, что это не жизнь. Движения тут много, а жизни нет. Вон и моя швейня куда как хлопочет, но что в ней за жизнь?» Прекрасную мысль породила ваша светленькая головка. Теперь ваше положение я могу считать более надежным. Чувство одно непрочно: оно может измениться. Но когда в помощь к нему приходит основательная мысль, то оно упрочивается и собою опять упрочивает мысль. Вдвоем они похожи на крепость. Но чтоб эта крепость была крепче, надо вам понять, почему именно нет жизни в той жизни. Если продолжатся наши беседы, то со временем подробно выяснится это, теперь же скажу только: потому нет в той жизни жизни, что она не все стороны человеческой жизни занимает, питает, а только малую частичку, и притом такую, которая стоит на последнем месте или, вернее, на окраинах жизни, не касаясь центра ее. Жизнь человеческая многосложна и многостороння. Есть в ней сторона телесная, есть душевная и есть духовная. Каждая имеет свои силы и потребности и свои способы и упражнения их, и удовлетворения. Только тогда, как все силы наши бывают в движении и все потребности удовлетворяются, человек живет. А когда у него в движении только одна частичка сил и только одна частичка потребностей удовлетворяется, то эта жизнь – не жизнь: все одно, как в вашей швейне движение должное бывает только тогда, когда все части ее в ходу. Прекратись действие какой-либо части – машинка стала, не живет. Не живет и человек по-человечески, когда в нем не все в движении. Только в машинке прекращение ее жизни – движения – видимо видится, а в человеке бездействие в нем полной человеческой жизни, при действии одной какой стороны и удовлетворении немногих потребностей, совершается невидимо, хотя есть действительно, как действительна неподвижность сказанной машинки. Таков закон человеческой жизни! Приложим его к тому, о чем у нас речь. Какие силы там заняты и какие потребности удовлетворяются? Заняты руки, ноги, язык, глаза, уши, обоняние, осязание, память, воображение, фантазия и сметливость, все в совокупности – самая низшая сторона человека, одинаковая у него с животными; и удовлетворяется только одна потребность животной жизни или, лучше, играние сей жизни, какое действует с овечками, когда их выгоняют на зеленую поляну. Кроме этих сил есть у человека еще два-три яруса их и еще главный им центр.

Читайте также:  Как по английски будет имя дженни

Судите же теперь, может ли такая жизнь быть жизнью? Чувство ваше сказало вам, что нет тут жизни. Указываю вам главную причину, почему нет. Может быть, действие этой причины не так теперь для вас ясно, но общая мысль не может не быть понятою, подробности же уяснятся со временем. Ибо я имею намерение все достодолжное выводить из устройства человеческого естества. Жить нам надобно так, как Бог создал нас, и когда кто не живет так, смело можно говорить, что он совсем не живет. Прошу удовлетвориться пока этим.

Источник

Что есть духовная жизнь и как на неё настроиться

Свт. Феофан Затворник. Что есть духовная жизнь

По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II

© Интернет-издание Вэб-Центра «Омега» Москва — 2003

1. Вступительное напоминание о данном обещании вести переписку о духовной жизни. Ожидаемая от сего польза

После того как пред отъездом Вашим в Москву мы условились вести беседу о нужных для Вас вещах письменно, мне естественно было ожидать, что по прибытии на место Вы дадите знать о себе и новой для Вас обстановке. Ждал и жду, но вот сколько уже времени ничего не дожидаюсь. Что сделалось? Уж здоровы ли Вы? Храни Вас Матерь Божия. Или намерение переменили?! Всяко бывает — и это возможно. На этот случай и пишу теперь, чтоб, если так есть и тут участвует какая-либо опаска обо мне — что-де обременять не след или другое что, — Вы выбросили её из головы. Писание к Вам, и притом о таких предметах, не будет для меня тяготою — напротив, составит немалое удовольствие, внося некое разнообразие в обычные мои занятия. Скажу нечто большее: что если не состоится задуманное нами, то я буду себя чувствовать так, как чувствует себя понесший какой-либо убыток или потерявший нечто. Как это, не стану Вам объяснять, но повторяю, что сие так будет и что сему так и быть должно. Вот и приходится не совет Вам давать, а прошение прилагать: пишите. Хоть большой мудрости нечего Вам от меня ожидать, но один уже пересмотр всего достодолжного доставит Вам немалую пользу, оживив в памяти Вашей всю эту область и сосредоточив на ней внимание, может быть, с возгрением и особой энергии. А в этом последнем какое благо! Ибо если бывает у нас нескладность в жизни, то она всегда почти происходит не столько от худоумия и худосердечия, сколько от недостатка ретивости и ревности к достодолжному.

2. Отзыв о причине молчания. Необходимая откровенность и простота в переписке. Суета светской жизни

А я растерялся в догадках: что бы такое было? А вот что! Бабушка немножко болела. Ну, бабушка — победоносное слово. Для внучек нет теплее места, как у бабушек, нет и для бабушек дороже лиц, как хорошие внучки. И за это надо Бога благодарить. А Вы чаще утешайте бабушку и внимательнее слушайте, что она говорит. У стариц — мудрость, опытами и трудами жизни приобретенная. И они часто невзначай, в простых фразах высказывают такие мудрые уроки, которых и в книгах поискать — не найдешь.

Хоть Вы представили очень удовлетворительное объяснение, почему не писали так долго, но все же следовало бы на Вас наложить, хоть небольшую, епитимью, в видах исправления. Думаю, однако ж, что, может быть, Вы лучше расположитесь к исправности, если поблагодарю Вас, что писали и за то, что писали. И благодарю.

Обещаете быть откровенною. Добре! Откровенность — первое дело в переписке, иначе нечего было её и затевать. И пишите всегда сплеча — все, что есть на душе, и особенно пополнее излагайте вопросы, которые зашевелятся в голове и станут настойчиво требовать решения. Тогда и решения будут приниматься, как земля жаждущая принимает воду. И это есть самый лучший способ и приобретения, и закрепления в душе понятий, разъясняющих суть предметов и дел, которых яснозрение очами ума считаем мы для себя необходимым. Какой был бы толк, если б я написал Вам об одном, а Ваша душа была бы занята другим? Это было бы пусторечие, похожее на то, как если б два лица разговаривали между собою, обратясь друг к другу спиною и каждый толкуя о том, что у него пред глазами. Мы, кажется, так и положили с Вами, что не будем заниматься отвлеченностями и рисовать планы и теории, а поведем речь так, как вести её заставят текущие явления жизни. Так и будем идти шаг за шагом.

Пишите, что у Вас «рябит в глазах. Дня с два, — говорите, — случилось мне пробыть в обычных здесь общественных увеселениях: то в театре посидела, то погуляла, то была на вечере. И что это за толкотня, какие речи, какие о всем мудреные суждения, какие приемы в обращении? Все это мне дико, а от толкотни мыслей не сберу». Это на первый раз Вам так показалось, а потом присмотритесь. Впечатление, Вами испытанное, после покойной простой семейной в деревне жизни совершенно в порядке вещей. Я бы сказал Вам: поэтому и судите, где истина жизни и где ложь, — но не знаю, что у Вас от всего бывшего засело на душе. Ибо возможно, что на поверхности будто и неодобрение таких порядков, а поглубже — сочувствие им и желание повторения. Жизнь, которой частичку Вы видели, имеет одуряющее свойство: так что и видят, что все это не то, а все тянутся, как привыкший к опиуму знает, что будет как сумасшедший, а все принимает его или потому и принимает. Так Вы как себя чувствуете? Тянет Вас ещё туда же? Желательно Вам так проводить жизнь? Прошу хорошенько расписать мне это — и по правде.

3. Пустота и односторонность светской жизни

Как Вы обрадовали меня Вашим ответом! «Не тянет, напротив, отталкивает. Не один день после того я была как разбитая, душа моя томилась и тосковала, и я сладить с собою не могла. Насилу-насилу отлегло». Что же это Вы прошлый раз не прописали этого? Мне и показалось, что, помалчивая, Вы прячете зазнобу или занозу. Дай Бог, чтоб такое отревающее от светской жизни и светских увеселений чувство навсегда сохранилось в Вас. Но возможно и то, что слюбится. Как видно, Вам нельзя не соприкасаться к такой жизни. Во второй раз будет уж не так разрушительно и смутительно, в третий — ещё меньше, а потом и ничего себе — как говорят про водочку: первая чарка колом, вторая соколом, а там уж только подавай. Которым приходится зайти в табачную мастерскую, что испытывают? И глаза ест, и в носу точит, и дохнуть нельзя. А которые трут-то, тем совсем ничего; да и эти свежие, постояв немного, уж не так жмурятся, чихают и перхают, а потом и совсем эти неудобства прекращаются. Смотрите, не случилось бы и с Вами подобного относительно так возмутивших покой Ваш порядков жизни.

Источник

Adblock
detector