Alex350110 › Блог › Привет из 90-х: спасибо, что живой. Откровения перегонщика.
В 90е годы в Гродно практически каждый предприимчивый мужчина занимался перегоном автомобилей из Голландии, Германии, Литвы и других европейских стран. Многие успешные сегодня бизнесмены начинали именно с «купли-продажи» бэушек.
Конечно, подобных бизнесменов хватало и в Минске. Корреспондент Onliner.by встретился с одним из них и узнал, как выживали в те годы парни, перегнавшие сотни автомобилей.
— Никаких фотографий, никаких конкретных имен! — сразу были поставлены жесткие условия. Уже после этого необычного интервью, проходившего в одном из дешевых минских кафе-забегаловок, стало понятно: анонимность — это скорее не боязнь каких-то последствий, а старая привычка из 1990-х.
Ведь только благодаря чрезвычайной осторожности, скрытности и холодному расчету парень, перегнавший сотни автомобилей в Беларусь, выжил в те страшные годы.
Лютый бандитизм на разбитых дорогах Польши, обыкновенный обмен BMW на квартиру в Минске и сумасшедшая прибыль при продаже иномарок… В сегодняшней статье перегонщик, одним из первых ездивший за машинами в Германию, вспоминает суровые времена.
Найти перегонщика автомобилей, который работал в 1990-х, оказалось непросто. Как-никак прошло 25 лет… Многие отошли от дел, кого-то уже нет в живых, кто-то наотрез отказался разговаривать. Но в конце концов повезло — он нашелся! С перегонщиком корреспондент onliner.by встретился в одном из спальных микрорайонов Минска. Стереотипное представление о брутальном «гоняле», прошедшем через огонь, воду и медные трубы, резко контрастировало с его реальным образом. Мужчина с зачесанными назад волосами был одет в яркую толстовку и потертые джинсы. На руке — большие часы в спортивном стиле, за спиной — молодежный рюкзак. Выбор его гардероба как бы говорит «я до сих пор живу и тут, и там».
— Расскажите, как все начиналось.
Сначала я пытался продать, как сейчас помню, Lancia Dedra и Ford Transit. В начале 1990-х авторынков ни в Малиновке, ни в Ждановичах еще не было. Машины продавали только на одной точке — на улице Чкалова за железнодорожными кассами. Рынком ее назвать сложно — площадка размером с небольшую уличную парковку. Там продавали «Жигули», «Москвичи» и первые иномарки. Мне казалось, что первую сделку удастся совершить легко и быстро. Но не тут-то было! Простоял впустую. А потом подал объявление в автомобильную газету, и машина ушла. Тогда все автомобили продавались ровно за одну неделю — столько времени отделяло подачу объявления и выход газеты.
— Слушайте, у людей денег нет. Сами говорите, что разруха. Так откуда спрос? Кто были эти первые покупатели иномарок?
— Коммерсанты. Как правило, державшие киоски (их еще называли «комками»), в которых продавали жвачку, шоколад, сигареты и прочую мелочевку. А потом большинство машин стали уходить в Россию. Мне часто звонили, просили встретить на вокзале или по линии метро. Объясняли, что города совсем не знают, а с крупной суммой ходить было просто опасно. Такие времена…
— Какими знаниями должны были обладать «гонялы»? Все-таки состояние автомобиля нужно оценить, обнаружить скрытые дефекты. Кроме того, следовало знать конъюнктуру, уметь сбивать цену…
— Никакими! У меня, например, вообще гуманитарное образование. Я ничего этого не знал, не умел. Все пришло со временем. А поначалу, наверное, везло. Немецкая сторона меня жалела. Еще звонили домой, спрашивали, все ли в порядке, нормально ли доехал. Может, потому что это были знакомые?
— Сейчас это звучит дико, что из поездки по Польше можно было не вернуться…
— Да, можно было. Только в белых тапочках ногами вперед… Самый опасный участок — 200-километровый отрезок от немецко-польской границы до Познани, который надо было как-то пережить. Дорогой это не назовешь — только направление, сходившееся в узкую полосу: деревня на деревне, поворот на повороте. Сам столкнулся с бандитами, когда по глупости поехал там днем. Меня зацепили еще на границе. Микроавтобус Mercedes обогнал мою машину и резко затормозил. Я его объехал. А он снова выехал вперед и начал резко останавливаться. Потом стал прижимать к обочине. Тогда я понял, что это неспроста. Смотрю — борты потертые. Ребятки работают! Вариант оставался один: «тапку» в пол и удирать. Удрал.
Выводы после этого случая я сделал. А многие — нет. Обычно когда удавалось остановить автомобиль с немецкими номерами, то сначала выясняли, кто находится за рулем. Если немец — отпускали, если наш — били и забирали машину. В Польшу кто ехал? Отморозки! Кто в бегах, кто под следствием… Причем все ж наши — белорусы, украинцы, россияне. Страшные люди! А поляки тогда на ситуацию никак не реагировали, хотя обращения к ним были.
Но ей еще повезло. Многих просто убивали. Особенно если автомобиль дорогой. Логика такая была: кто имеет деньги, тот имеет власть. И то, что машину забрали в Польше, не значит, что она с концами исчезла. Ее можно было вернуть. Это ж 1990-е… Бандиты понимали это, и потому свидетелей не оставляли.
— А сами вы какую тактику избрали?
— Никогда не ездил в открытую. Никаких знакомств в поездах, где обычно начинались расспросы: а ты откуда, куда, зачем? Ни к чему хорошему это не приводило. Ездил всегда один. Только раз сделал исключение, и то человек проявил себя не с лучшей стороны — чуть не заснул за рулем на скорости.
Всегда гнал машину ночью. Стартовал примерно в полночь. Скорость — 120 — 140 км/ч, не меньше. Нужно было непременно добраться до небольшого городка. Около 5:30 — 6:00 утра делал остановку. Прятал автомобиль так, чтобы его не видели с дороги. Ну а потом спал. Ну как спал — дремал, охраняя.
Потом встаешь и делаешь кофе. О-о-о. Это был особый ритуал! Насыпаешь в салфетку растворимый кофе, отправляешь в рот и запиваешь минералкой. Вот такой завтрак аристократа! Ну а что поделаешь: горячей воды нет, кофеин нужен, а на заправках останавливаться нельзя.
Работала ли моя тактика? Ну как видите — живой…
— Бандитов с большой польской дороги вам удавалось избегать. А как с рэкетом?
— Я никогда не платил дань. Во многом благодаря чрезвычайной осторожности и аккуратности. У меня всегда был план: где остановиться, куда приехать, во сколько встать. При том, что никакой особой подготовки не было, а все средства самообороны изымались на границе.
Хотя перед пунктом пропуска, случалось, продавали кирпичи. Прикол такой был у рэкетиров. Выбирали слабое звено, подходили и предлагали: «Дядя, купи кирпич!» А иначе он отлично залетал в лобовое стекло. Или шесть человек легко переворачивали машину — таких случаев много было. Ну так вот — ко мне эти ребята никогда не подходили.
— По вашим словам, автобизнес был неизбежно связан с криминалом.
— Именно так. Поэтому чтобы было спокойно, ни с кем нельзя было общаться. Никаких знакомств, посиделок и прочего. Сделал тихо свою работу и уехал. Выживали только самые осторожные.
— Кто шел тогда в основном в «гонялы»?
— Совершенно неподготовленные люди, которым требовались работа и деньги. У них были только водительские права и желание заработать. Женщин было немало! А что делать? Работы нет. Красть мы не научены. Грешно все-таки. Стоять на Комаровке с картонкой «Доллары, марочки, российские рубли»? Так там тоже не сахар было. В эту сферу приводила обыкновенная безысходность. К примеру, у меня была знакомая семья. Муж с женой гоняли ВАЗы из Чехии и Венгрии. За пару лет построили двухкомнатную квартиру, обустроились… Все нормально. Тогда же «Жигули» на рынке за час-полтора продавались. Запросто можно было обменять BMW 5-Series на однокомнатную квартиру в Минске.
— Заработки были большими…
— Кстати, а что везли в основном? Какие автомобили?
— То, что подешевле: Opel Ascona, Rekord. Это был стартовый капитал. Потом уже, продав их, люди покупали машины подороже. Таковыми считались Volkswagen, Audi, BMW. Помню, кто-то гнал Passat B2, так собралась вся очередь на границе посмотреть на эту модель. Тогда она считалась крутой.
— Постепенно люди становились богаче, жизнь начала налаживаться…
— Вы о чем-то сейчас жалеете?
— Что в другой стране не остался. Иногда о невыгодных сделках жалею. Как-то машину в ноль продал. Были и неудачные модели. Я же сотни автомобилей перегнал!
— Но в целом ваша жизнь, судя по вашим же словам, сложилась удачно. Счастливо избежали рэкета и встреч с бандитами, пригнали немало машин. Что взамен получили? Какой профит?
В этот момент наш герой потянулся за портмоне, достал его и продемонстрировал две карточки с надписью «Commerzbank».
Перегон, BMW и 10 тысяч долларов – история из 90-х
Да, а вот сейчас ко всему прочему добавился и телефон, который настойчиво звонил, не давая мне уйти от тошнотворной реальности понедельника. Наконец не выдержав, я взял трубку и полусонным голосом чего-то невнятно мукнул.
– Это ты, Алекс? – на том конце провода слышно было моего бодрствующего друга Толика.
– Ты не умгукай. Есть деловое предложение. Интересует?
Я молча наклонился к столу и нащупал три мятых бумажки. Осознав их номинал, я более миролюбиво спросил:
– Так чего там, Толян?
Приедь через полчаса ко мне. Я все тебе объясню. Дело выгодное.
Так, с трудом усевшись и нащупав на полу штаны и рубашку, я пошел в ванную. Найдя зубную пасту и щетку, я попытался посмотреть на себя в зеркало. Ну и рожа!
Завтракать я передумал и уже через десять минут после звонка подошел к своей «восьмерке». С грустью посмотрел на грязное лобовое стекло и подумал, что пора бы ее уже и помыть. Не без труда усевшись, я заметил какой-то белеющий комок на заднем сиденье. Ох, блин, это женские трусики! Да, нагрузился я вчера порядочно, и машинка моя служила, надо понимать, сексодромом.
Пребывая в глубоких раздумьях относительно несправедливости утра после пьянки, я подъехал к Толику и поставил свою черную «восьмерку» около его пижонской серебристой «девяностодевятой».
Улыбающаяся рожа моего дружка сообщала мне о том, что делишки не так уже и плохи. Собрав все свои силы, я попытался исказить лицо в улыбке и спросил: «Так о чем мы говорили?»
– Да ты присядь, пива вот выпей, а то какой-то ты подуставший.
Пиво пошло мне на пользу, и уже через десять минут я был в состоянии слушать Толика.
– Значит так. Тебе надо пригнать машину. Не перебивай и слушай. Не из-за границы, она ждет тебя в Украине на венгерской границе. Какая машина? «Биммер». Да не ломайся ты, не новый. Старая «акула». Всего-то делов – пригнать машину и получить 1000 баксов. Сечешь?
Такой проникновенный монолог Толика мне нравился. И 1000 баксов мне тоже нравилась.
– Слушай, а что с машиной? Почему так много денег?
– Машина «чистая». Правда, на немецких номерах, но пусть это тебя не волнует. Проблем не будет.
– Да прям сегодня. Сделаешь все свои дела и езжай. Еще 500 я дам на «карманные расходы», – Толян вредно улыбнулся.
– Хорошо. На каком трамвае я попаду на венгерскую границу?
– На… Чего ты все время умничаешь? На поезде и попадешь. Есть еще вопросы?
Я молча вышел и сел в машину. Надо подумать. Сначала неплохо бы позвонить туда, где я вчера бухал-отдыхал. А потом можно домой, собираться.
– Привет, это Кеша. Как дела после вчерашнего?
– А ты живой еще? — на том конце провода явно сомневались в моем здравии.
– Живее всех живых. Слушай, с кем я вчера зависал?
– Да там с одной. Ты ее не знаешь. Ну, в смысле, уже знаешь. Дать телефон?
Телефон этой дуры мне действительно ни к чему. Потихоньку собравшись, прилег подремать. Проснулся и увидел, что поезд мой уйдет минут через 15. Как обычно…
Понедельник, вечер.
В поезде было весело. Мне, конечно, поскольку я лег себе на верхней полке и благополучно отрубился. Помнится, были еще какие-то напряги на границе (?), но я вот все эти русско-украинские границы всерьез не воспринимаю. Так и продрыхнул я всю поездку, иногда просыпаясь, чтобы сходить перекусить.
Вторник, вечер.
Вот и оказался я на «благословенной земле». Вышел, поеживаясь, и закурил. Увидел какого-то деда в советской фуфайке и спросил, где тут можно найти таможню. Дед даже удивился вопросу и показал мне рукой направление. Я, конечно, выругался втихаря, поскольку мне получалось топать еще километра три пешком, однако молча взял свои вещички и словил «попутку». Мужик попался нормальный, и минут через пять я подошел к огороженной территории, которую Толян назвал «стоянкой». Господи, а глушь-то какая после Москвы!
Нашел мужика, который тут заведовал, и объяснил ситуацию. Мужик не удивился, а лишь уточнил мое имя, после чего отдал ключи и пачку документов. Толик объяснил мне, что с этим всем надо делать, поэтому я дал мужику десять баксов и пошел за ним.
А вот и она. Старая «семерка» BMW. Как записано в документах, 1984 года. Ну и на хрена мне гнать этот чермет в Москву? Мудрят мужики. Машинка ведь не больше двух штук стоит, а мне Толян полторы отстегнул. Ох, мудрят. Ну да ладно, мне заплатили, поэтому думать нечего. Теперь главное – этот хлам побыстрей в столицу-матушку пригнать, чтобы получить оставшуюся «штуку».
Осмотрел я машину. Ничего так «биммер», хоть и немолодой уже. Аккуратный, наверное, действительно немцы недавно катались еще. Завел я его, послушал басовитый гул 2,8-литрового агрегата, и в путь!
Среда, утро.
Сыро. Поздний ноябрьский рассвет. По трассе я шел чуть больше сотни, чтобы не привлекать особого внимания к немецкой машине и отнюдь не немецкой роже водителя. Немного попозже я решил заправить машину, поскольку в баке бензина было немного, а ехать еще мне надо было ой как дофига. На заправке я вышел и решил покурить, поскольку кости затекли. Подошел какой-то мужик.
– Закурить не найдется?
Я молча протянул ему сигареты, и тут случилось непредвиденное: мужик с размаху заехал мне по челюсти! Не выдержав такой наглости какого-то сельского козла, я от души дал ему по роже. Мужик, похоже, испугался, однако я заметил еще каких-то подозрительных типов, которые бежали ко мне. Еще раз стукнув мужика коленом по голове, я подбежал к машине и «со старта» завел двигатель, одновременно врубая первую. Полный газ, и сельские идиоты остались позади. Но что за фигня? Почему эти три олигофрена напали на меня?
Немного успокоившись, я осмотрел себя в зеркале. Ничего страшного, только из носа немного шла кровь, но меня это не пугало.
Среда, обед.
Проехав километров двести, я остановился отдохнуть и перекусить, поскольку желудок давно напоминал о себе позывными. Машину я припарковал так, чтобы не привлекать особого внимания, и вошел в придорожное кафе. Сделал заказ и спокойно жду. Наконец, довольно страшненькая официантка принесла еду, и я стал поглощать свой обеденный завтрак.
Минут через пять на улице раздался странный звук, будто железом хлопнули об железо. Я посмотрел на улицу и выругался: в «мою» акулу въехала какая-то красная иномарка!
Выбежав на улицу, я увидел, как из красной «букашки» Ford Ka вылезло очаровательное создание. Впрочем, называть «созданием» эту роскошную блондинку было бы странно, поскольку настолько аппетитная женщина сразу пробудила все мои первобытные инстинкты.
– Девушка, Вы что, по звуку паркуетесь?!
– Ой, извините. Так уж получилось. Но я заплачу и отведу Вас туда, где Вашу машину отремонтируют безупречно.
Похоже, эта симпатичная штучка была огорчена по-настоящему и нервно курила. Я молча осмотрел «акулу». Да, заехала она неплохо: не очень сильно, однако обе фары с левой стороны «в пыль», да и решетке досталось.
– Так где мне отремонтируют машину? Только быстро, а то я тороплюсь.
– Ну, конечно. Давайте сделаем так: Вы отгоните свою машину туда, и мы вместе поедем на моей куда-нибудь пообедать. Я угощу Вас, поскольку сделала Вам неприятно. Думаю, я смогу загладить свою вину?
Блондиночка весьма хитро улыбнулась. Ох и «загладил» бы я ей! А почему бы и нет? Раз она так ставит вопрос, то почему бы и не пообедать? Ведь я проголодался, а обед в такой компании, да еще на халяву, – очень даже неплохо. А потом можно подумать и о ночлеге, поскольку дело близится к вечеру, а мне надо бы поспать.
Среда, вечер.
Мы с Викой (именно так ее звали) отогнали мой «коцнутый» BMW к какому-то мастеру и поехали вместе уже поужинать, поскольку стемнело и на обед наша трапеза не смахивала. Как выяснилось, мы подъехали к неплохому ресторану, и моя пролетарская «кожанка» в сочетании с кроссовками выглядели здесь, мягко говоря, странно. Ну и кому какое дело? Я же не знал, что все так получится.
Наконец-то мы присели, и я как следует рассмотрел свою спутницу. А она очень даже ничего! Милая улыбка, волнующие глаза и такая грудь! Ну да ладно, я тут проездом, поэтому надо поплотней покушать и как-то намекнуть ей насчет ночлега.
Мы неплохо посидели, поговорили о всякой ерунде, я сделал пару легких комплиментов, и мы пошли к машине. Там я невнятно выразил главную мысль вечера: а где же мне переночевать?
Вика намек поняла и предложила «свободный диван» в ее квартире. Ну, пусть будет так, хотя лично я уже рассчитывал на нечто большее.
Мы поднялись к ней: квартира была небольшой, однако обставлена дорого и со вкусом. Чем же она деньги зарабатывает? Вика куда-то исчезла, а я мечтательно растянулся на диване и стал глядеть в потолок. Минут через десять послышался тактичный кашель – я посмотрел туда, откуда раздался звук, и едва не свалился с дивана! Господи, передо мной стояла роскошная девушка в каком-то легком пеньюаре и держала два бокала. Вот это мне уже нравится!
Мы выпили, как сказала Вика, «за случайное знакомство» и после присели рядом и стали разговаривать. Как-то само собой получилось, что мои руки плавно оказались у нее на коленях и я с наслаждением принялся исследовать этот экземпляр женской красоты. Через некоторое время я почувствовал сонливость, и желание сменилось жуткой усталостью и ощущением, будто я куда-то проваливаюсь…
Четверг, утро.
Страшно болела голова. Я попробовал пошевелиться и не смог. Почему-то было темно. Но ведь уже утро! Я открыл глаза и увидел, что нахожусь не в викиной квартире, а каком-то сарае, что ли? Ох, блин…
Сосредоточившись, я нащупал веревки на руках. Что за идиотизм?! Кому надо было меня связывать? Неужели мои 400 баксов в кармане кого-то привлекли? Но ведь я точно помню, что мы с Викой поднялись к ней. Вопросы, вопросы… Меньше надо думать, лучше попытаюсь выбраться из этого чулана.
Поматерившись от души и поцарапав руки, я все же сумел выпутаться из веревок, поскольку завязаны они были неплотно. Через некоторое время я уже нащупал дверную ручку и, немного поднатужившись, открыл эти чертовы двери. Первое, что я увидел, был мой синий «биммер», который стоял с открытыми дверями, багажником и капотом. Чуть в стороне от него стояли два мужика и копались в заднем сидении, которое они вытащили из BMW. Я тихонько подполз к багажнику, нащупал домкрат, после чего от души заехал по голове первого мужика. Второй схватил монтировку, однако немецкий домкрат оказался сильнее.
– Так, козлы, где ключи от машины?
Один из мужиков молча показал на машину. Я еще раз для верности вмазал обоим домкратом по голове. Думать было некогда, надо было сматываться отсюда. Я тихо и быстро позакрывал все двери, кое-как засунул заднее сиденье в «биммер» и завел двигатель.
Наконец-то я выехал из этого проклятого места и продолжил свой путь в Москву.
Четверг, середина дня.
Всю дорогу меня мучила одна и та же мысль: почему столько неприятностей? Я ведь не на «шестисотом» еду, а на старой и никому не нужной «акуле». Или они все тут с ума посходили?
Похоже, что все это не было случайностью: сельские мужики, один из которых почему-то заехал мне в челюсть, милая блондинка, которая напоила меня каким-то дерьмом… Но в чем дело? Ответа я пока не знал. Надо бы позвонить Толяну и все выяснить.
Тысяча километров на Western Star. История перегона седельного тягача. Часть вторая.
Точнее не сразу поехали, перед запуском это ведро мне еще одну гадость подкинуло.
в виде не затянутых клемм на аккумуляторах. Поменял, остальные затянул, вот теперь поехали. И всю дорогу нас преследовала всякая мелочь в виде не затянутых хомутов, гнилых шлангов, окислившихся проводков, осыпающихся лампочек.
Теперь они хотя бы примерно в нужном направлении светить начали. Но так как они были старыми, с осыпавшимися отражателями, толку честно сказать, от них было не так много, как хотелось бы, ехал все равно практически «на ощупь». Соблюдая максимально возможную дистанцию до впереди идущих. Тормоза то то появлялись, то пропадали, причем полностью, всю дорогу пытался понять причину такой их работы до какого то спуска уже перед самой Казанью. За 500 км от Уфы до Казани подвел два раза тормозные трещотки, но ничего не поменялось в алгоритме работы тормозной системы.
Как обычно на любой машине, в том числе и легковой, педалью тормоза стараюсь не пользоваться, все разгоны-торможения по возможности выбором правильной передачи в КПП. Спускаюсь, соблюдаю максимально возможную дистанцию и тут в темноте у впереди идущей колонны вдруг загораются красные стоп-сигналы, пытаюсь переключиться на пониженную передачу, но коробка передач у меня была разбита предыдущими владельцами и даже позже, не в такой экстремальной ситуации переключить, точнее просто попасть в нужную передачу было достаточно сложно,когда мне это наконец удалось, уже стало поздно, тормоза за это время так и не появились. А чьи-то ворота фуры все ближе и ближе, даже переключится еще на передачу ниже уже не спасает от столкновения. Оцениваю глубину кюветов, справа высоко, страшно, слева вроде на первый взгляд вроде не очень или просто снега больше, встречных машин нет, ухожу на встречную обочину, цепляю сугроб и меня стаскивает задней тележкой в кювет.
Остановился. Покурил. Вышел из машину оценить ущерб. Все цело, даже топливные алюминиевые баки не пострадали. Еще покурил, дрожь в руках вроде успокоилась, мимо прошла КДМка с песком, посигналил, прошла мимо. Включаю блокировку, машина чуть подергалась, закопалась окончательно и даже шевелиться перестала. Троса нет, даже дряной лопаты нет, чувствую, кажется попал «як кур во щи»(с)
Звоню на 112,попадаю в МЧС Пестрецы, объясняю ситуацию, долго пытаемся определиться с моим местоположением, навигатор говорит, что чуть чуть не доехал до Шали, обещают минут через 15-20 прислать КДМку с песком и тросом. Оказывается все же не попал. Сижу курю, пью чай из термоса, ногами пытаюсь почистить будущий выезд,подъезжает КАМАЗ с песком, беру у него лопату, отсыпаю выезд, включаю блокировку выдергиваем, спасибо МЧС и дорожникам Пестрецов Татарстан, благодарю камазиста, жалко не спросил его имени, еду, а правильнее ползу дальше, тормозов нет, вообще нет.
Заезжаю правдами и неправдами на какую-то стоянку, куда меня долго не хотели пускать по причине отсутствия свободных мест, но после объяснения, что с машиной все-таки запустили, поставили без вопросов. На дрожащих ногах снова пошел в гостиницу, в машине спальник есть, причем в сравнении с грузовиками европейского производства очень даже неплохой по ширине.
За спальное место в кабине «американца» ему многое простить можно.
Но отсутствие автономного отопителя и фиг его знает, какой еще гнилой патрубок лопнет или что приключиться с двигателем за то время, пока я буду спать, а самое главное близость фуры, рядом с которой меня поставили и необходимость, что бы не сильно мерзнуть всю ночь спать при работающем двигателе, мешая соседям своим шумом заставило меня пойти в гостиницу, беру первый попавшийся номер. Отмываюсь после всех передряг, ужинаю, отзваниваюсь хозяину машины, что бы искал сервис, где найдут причину такой непонятной работы тормозной системы и ложусь спать. Появляются первые мысли бросить это ведро с болтами к чертям на стоянке и уехать домой. Сюда-то он в общем-то добрался исключительно на усилии моей воли.
В очередной раз восхитился, насколько же красив и брутален этот трак 94 года выпуска. Особенно когда был мокрый и блестящий. На дороге он мало кого оставлял равнодушным, его постоянно фотографировали, к поднятым большим пальцам пальцам во встречных машинах на подъездах к Нижнему Новгороду я уже привык, а где бы не останавливался, вокруг машины моментально образовывалась толпа зевак с фотоаппаратами.
Вторым оказалось разрешение находиться в ремзоне,переодеться в рабочую одежду и даже залезть в яму с механиком.
Прошприцевали трещотки, в очередной раз (уже третий. ) развели колодки, а дальше хитро улыбаясь, мне сказали идти на обед для клиентов Вольво-трак. Обед состоял из очень вкусного борща, макарон с куриным крылышком и чаю. Что в это время происходило с машиной я не знаю, не видел. Но по видимому все же что-то произошло. Возвращаясь в ремзону успел заметить, что снимали и не успели поставить какой-то кран на раме. Докрутив гайки мастер Андрей немного смутившись сказал все готово и отошел от машины. Что это было я не знаю, но факт в том, что до самого Нижнего Новгорода тормоза не отказали ни разу. Спасибо работникам Вольво-трак Зеленодольск.
Едем дальше. Прошли Чебоксары, подъезжаем к мосту через Суру, дорога сказать что убита, это ничего не сказать, передачи до 3-4, удивлен поведению рессорного автомобиля на такой дороге, несмотря на то, что иду одной «головой» без полуприцепа, водителя трясет меньше,чем на моем личном Мерседесе на пневмоподвеске. Даже несмотря на короткие передние многолистовые рессоры.
и полное конструктивное отсутствие амортизаторов на задней тележке
с похожим количеством листов в рессоре. Я ехал на «тяжеловозе», предназанченном для транспортировки очень тяжелых грузов, в документах указана полная массы 36 тонн, соответственно он по определению пустым должен быть жестким. Но вываливающиеся из спальника вещи, падающие на пол с пассажирского сиденья телефоны с сигаретами, грохот всего и вся заставляли держать соответствующую скорость. На своем европейце на пневмоподвеске с кабиной «на колесе» думаю вообще там крался бы на цыпочках. Порадовался новому мосту через Суру, на старом из-за его узости мне когда-то давно снесли зеркало встречной машиной, в травмпункте в Ядрине нам с водителем той машины, с кем мы кусок асфальта на мосту не поделили было очень больно, когда из наших лиц осколки боковых стекол и зеркал выковыривали. Ну это для меня он новый, я очень давно в европейскую часть России стараюсь не ездить, выбирая маршруты или по соседним «огородам» в радиусе километров 500-600 километров или на Сибирь.
Про эргономику кабины могу сказать так, на этой машине она мне не понравилась, положение рулевой колонки не регулируется,
Рулевое управление легкое,действительно можно управлять одним пальцем, кстати.
Про коробку передач уже говорил,что на данном экземпляре было самым сложным не процесс переключение без педали сцепления,
а просто попасть в нужную передачу, так как рычаг «болтался» во всех направлениях. В добавок очень сильно «вело» сцепление, но я не знал,что оно регулируется, а спросить было не у кого, пришлось всю дорогу мучаться. Так как машина с относительно слабым двигателем была рассчитана под перевозку тяжелых грузов,
само собой она тихоход за счет передаточных чисел мостов, на ровных участках дороги меня обгоняли все кому не лень, даже КАМАЗы.
Что за мосты стоят, думаю подскажут те, кто больше меня эксплуатировал американскую технику. Подозреваю, что тоже EATON с каким то бешеным передаточным числом в редукторах. Профессионалы подскажут.
С габаритами у меня лично проблемы были лишь пару километров с того момента, как я на него сел в начале перегона, несмотря на капот два метра длинной как-то интуитивно я сразу почувствовал габариты машины. С другой стороны после встречи в Лысково Нижегородской области с нынешним хозяином и его ездой за рулем чувствовалось, что габаритов он совсем не чувствует, зеркала левой стороны явно над встречной полосой висели,приходилось постоянно ему напоминать, что бы прижался к обочине, а не «выталкивал» встречные машины. Очень замечательно, что рации в машине не было, иначе бы он наслушался бы про свои таланты вождения. А с другой стороны он был в первый раз за рулем такой машины, точнее вообще в первый раз за рулем грузовика, так что простительно.
Каждый раз открывая капот для проверки уровней масла, антифриза, состояния ремней, их натяжки
поражался двигателю Катерпиллер
Машину пригнали в Игумново Нижний Новгород
моментально образовалась толпа с фотоаппаратами.
Есть в нем что-то,от чего не отвести глаз. А я поехал домой
