Никола́й Миха́йлович Рубцо́в (3 января 1936, село Емецк Архангельской области — 19 января 1971, Вологда) — русский советский лирический поэт.
Содержание
Биография
Николай Рубцов родился 3 января 1936 в селе Емецк Архангельской области. В 1940 переехал вместе с семьёй в Вологду, где Рубцовых и застала война. Мальчик рано остался сиротой — отец, Михаил Андреянович Рубцов (1900—1962), ушёл на фронт и, как считали дети, погиб в уже в 1941 (на самом деле отец бросил семью и жил отдельно в Вологде после войны). В 1942 умерла мать, и Николая направили в Никольский детский дом Тотемского района Вологодской области, где он окончил семь классов школы.
Вологодская «малая родина» и Русский Север дали ему главную тему будущего творчества — «старинную русскую самобытность», стала центром его жизни, «землёй… священной», где он чувствовал себя «и живым, и смертным».
С 1950 по 1952 будущий поэт учился в Тотемском лесотехническом техникуме. Затем с 1952 по 1953 работал кочегаром в архангельском траловом флоте треста «Севрыба», с 1953 по 1955 учился в горно-химическом техникуме Минхимпрома в г. Кировск (Мурманская область) (интересно, что здесь в то же время заканчивал школу другой детдомовец и будущий известный писатель — Венедикт Ерофеев). С марта 1955 Рубцов был разнорабочим на опытном военном полигоне в Ленинграде.
С октября 1955 по 1959 проходил армейскую службу на Северном флоте (в звании матроса и старшего матроса). После демобилизации жил в Ленинграде, работая попеременно слесарем, кочегаром и шихтовщиком на Кировском заводе. Однако в душе он живёт поэзией, а потому решает изменить свою судьбу.
В 1962 Рубцов поступил в Литературный институт им. М. Горького в Москве и познакомился с В. Соколовым, С. Ю. Куняевым, В. В. Кожиновым и другими литераторами, чьё дружеское участие не раз помогало ему и в творчестве, и в делах по изданию стихов. С пребыванием в институте вскоре возникли проблемы, однако поэт продолжает писать, и в середине 1960-х у него выходят первые сборники.
В 1969 Рубцов заканчивает Литературный институт, получает первую в своей жизни отдельную однокомнатную квартиру.
Рубцов погиб в семейной ссоре 19 января 1971 в своём вологодском доме, от рук женщины, которую собирался назвать своей женой — Людмилы Дербиной (Грановской), которая не собиралась его убивать, но не выдержала его алкогольного дебоширства. В Вологде именем Николая Рубцова названа улица и установлен памятник (1998, скульптор А. М. Шебунин). В Тотьме установлен памятник работы скульптора Вячеслава Клыкова. Памятник Рубцову установлен также на его родине, в Емецке (2004, скульптор Н. Овчинников).
Творчество
Первая книга стихов «Лирика» вышла в 1965 в Архангельске. Затем были изданы поэтические сборники «Звезда полей» (1967), «Душа хранит» (1969), «Сосен шум» (1970). Готовившиеся к печати «Зелёные цветы» появились уже после смерти поэта.
После смерти были опубликованы сборники: «Последний пароход» (Москва, 1973), «Избранная лирика» (Вологда, 1974), «Подорожники» (Москва, 1975), «Стихотворения» (1977).
Поэзия Рубцова, предельно простая по своей стилистике и тематике, связанной преимущественно с родной Вологодчиной, обладает творческой подлинностью, внутренней масштабностью, тонко разработанной образной структурой.
Никола́й Миха́йлович Рубцо́в (3 января 1936, село Емецк Архангельской области — 19 января 1971, Вологда) — русский советский лирический поэт.
Содержание
Биография
Николай Рубцов родился 3 января 1936 в селе Емецк Архангельской области. В 1940 переехал вместе с семьёй в Вологду, где Рубцовых и застала война. Мальчик рано остался сиротой — отец, Михаил Андреянович Рубцов (1900—1962), ушёл на фронт и, как считали дети, погиб в уже в 1941 (на самом деле отец бросил семью и жил отдельно в Вологде после войны). В 1942 умерла мать, и Николая направили в Никольский детский дом Тотемского района Вологодской области, где он окончил семь классов школы.
Вологодская «малая родина» и Русский Север дали ему главную тему будущего творчества — «старинную русскую самобытность», стала центром его жизни, «землёй… священной», где он чувствовал себя «и живым, и смертным».
С 1950 по 1952 будущий поэт учился в Тотемском лесотехническом техникуме. Затем с 1952 по 1953 работал кочегаром в архангельском траловом флоте треста «Севрыба», с 1953 по 1955 учился в горно-химическом техникуме Минхимпрома в г. Кировск (Мурманская область) (интересно, что здесь в то же время заканчивал школу другой детдомовец и будущий известный писатель — Венедикт Ерофеев). С марта 1955 Рубцов был разнорабочим на опытном военном полигоне в Ленинграде.
С октября 1955 по 1959 проходил армейскую службу на Северном флоте (в звании матроса и старшего матроса). После демобилизации жил в Ленинграде, работая попеременно слесарем, кочегаром и шихтовщиком на Кировском заводе. Однако в душе он живёт поэзией, а потому решает изменить свою судьбу.
В 1962 Рубцов поступил в Литературный институт им. М. Горького в Москве и познакомился с В. Соколовым, С. Ю. Куняевым, В. В. Кожиновым и другими литераторами, чьё дружеское участие не раз помогало ему и в творчестве, и в делах по изданию стихов. С пребыванием в институте вскоре возникли проблемы, однако поэт продолжает писать, и в середине 1960-х у него выходят первые сборники.
В 1969 Рубцов заканчивает Литературный институт, получает первую в своей жизни отдельную однокомнатную квартиру.
Рубцов погиб в семейной ссоре 19 января 1971 в своём вологодском доме, от рук женщины, которую собирался назвать своей женой — Людмилы Дербиной (Грановской), которая не собиралась его убивать, но не выдержала его алкогольного дебоширства. В Вологде именем Николая Рубцова названа улица и установлен памятник (1998, скульптор А. М. Шебунин). В Тотьме установлен памятник работы скульптора Вячеслава Клыкова. Памятник Рубцову установлен также на его родине, в Емецке (2004, скульптор Н. Овчинников).
Творчество
Первая книга стихов «Лирика» вышла в 1965 в Архангельске. Затем были изданы поэтические сборники «Звезда полей» (1967), «Душа хранит» (1969), «Сосен шум» (1970). Готовившиеся к печати «Зелёные цветы» появились уже после смерти поэта.
После смерти были опубликованы сборники: «Последний пароход» (Москва, 1973), «Избранная лирика» (Вологда, 1974), «Подорожники» (Москва, 1975), «Стихотворения» (1977).
Поэзия Рубцова, предельно простая по своей стилистике и тематике, связанной преимущественно с родной Вологодчиной, обладает творческой подлинностью, внутренней масштабностью, тонко разработанной образной структурой.
Никола́й Миха́йлович Рубцо́в (3 января 1936, село Емецк Архангельской области — 19 января 1971, Вологда) — русский советский лирический поэт.
Содержание
Биография
Николай Рубцов родился 3 января 1936 в селе Емецк Архангельской области. В 1940 переехал вместе с семьёй в Вологду, где Рубцовых и застала война. Мальчик рано остался сиротой — отец, Михаил Андреянович Рубцов (1900—1962), ушёл на фронт и, как считали дети, погиб в уже в 1941 (на самом деле отец бросил семью и жил отдельно в Вологде после войны). В 1942 умерла мать, и Николая направили в Никольский детский дом Тотемского района Вологодской области, где он окончил семь классов школы.
Вологодская «малая родина» и Русский Север дали ему главную тему будущего творчества — «старинную русскую самобытность», стала центром его жизни, «землёй… священной», где он чувствовал себя «и живым, и смертным».
С 1950 по 1952 будущий поэт учился в Тотемском лесотехническом техникуме. Затем с 1952 по 1953 работал кочегаром в архангельском траловом флоте треста «Севрыба», с 1953 по 1955 учился в горно-химическом техникуме Минхимпрома в г. Кировск (Мурманская область) (интересно, что здесь в то же время заканчивал школу другой детдомовец и будущий известный писатель — Венедикт Ерофеев). С марта 1955 Рубцов был разнорабочим на опытном военном полигоне в Ленинграде.
С октября 1955 по 1959 проходил армейскую службу на Северном флоте (в звании матроса и старшего матроса). После демобилизации жил в Ленинграде, работая попеременно слесарем, кочегаром и шихтовщиком на Кировском заводе. Однако в душе он живёт поэзией, а потому решает изменить свою судьбу.
В 1962 Рубцов поступил в Литературный институт им. М. Горького в Москве и познакомился с В. Соколовым, С. Ю. Куняевым, В. В. Кожиновым и другими литераторами, чьё дружеское участие не раз помогало ему и в творчестве, и в делах по изданию стихов. С пребыванием в институте вскоре возникли проблемы, однако поэт продолжает писать, и в середине 1960-х у него выходят первые сборники.
В 1969 Рубцов заканчивает Литературный институт, получает первую в своей жизни отдельную однокомнатную квартиру.
Рубцов погиб в семейной ссоре 19 января 1971 в своём вологодском доме, от рук женщины, которую собирался назвать своей женой — Людмилы Дербиной (Грановской), которая не собиралась его убивать, но не выдержала его алкогольного дебоширства. В Вологде именем Николая Рубцова названа улица и установлен памятник (1998, скульптор А. М. Шебунин). В Тотьме установлен памятник работы скульптора Вячеслава Клыкова. Памятник Рубцову установлен также на его родине, в Емецке (2004, скульптор Н. Овчинников).
Творчество
Первая книга стихов «Лирика» вышла в 1965 в Архангельске. Затем были изданы поэтические сборники «Звезда полей» (1967), «Душа хранит» (1969), «Сосен шум» (1970). Готовившиеся к печати «Зелёные цветы» появились уже после смерти поэта.
После смерти были опубликованы сборники: «Последний пароход» (Москва, 1973), «Избранная лирика» (Вологда, 1974), «Подорожники» (Москва, 1975), «Стихотворения» (1977).
Поэзия Рубцова, предельно простая по своей стилистике и тематике, связанной преимущественно с родной Вологодчиной, обладает творческой подлинностью, внутренней масштабностью, тонко разработанной образной структурой.
Поэзия 1950-1960 гг. Особенности «эстрадной» и «тихой» лирики.
В середине 50-х, а особенно в их второй половине и начале 60-х годов поэзия переживала творческий подъем. Непосредственное воздействие на нее оказало начавшееся преодоление последствий «культа личности» И.В. Сталина, первые выступления против наследия тоталитаризма, командно-административной системы, сложный процесс утверждения демократических принципов жизни.
Именно в то время в литературу вступило новое поколение молодых поэтов. Поэтическое слово зазвучало на многолюдных вечерах. Стали традицией Дни Поэзии, проводившиеся в разных городах, собиравшие многотысячные аудитории не только в Политехническом музее и концертных залах, но и во дворцах спорта и на стадионах.
Начался своеобразный эстрадный поэтический «бум». Как писал тогда в стихотворении «Что-то новое в мире. » (1954) поэт старшего поколения Леонид Мартынов: «Человечеству хочется песен. / Люди мыслят о лютне, о лире. / Мир без песен неинтересен».
Важную роль сыграло освоение художественного опыта и традиций отечественной поэтической классики, в частности возвращение в литературу ряда имен крупнейших поэтов XX века: Анны Ахматовой, Сергея Есенина, Осипа Мандельштама, Марины Цветаевой и других.
В конце 60-х в употреблении термина начинает ощущаться некий акцент, специальный смысл, который заключался пока лишь в том, что «эстрадная» поэзия начинает явственно противопоставляться «тихой» лирике.
Противопоставление в общественном мнении «тихой» лирики «эстрадной» поэзии шло не только по тематическому или «поколенческому» признаку, но и по качественным показателям.
Эстрадная поэзия появилась «на свет божий» как следствие произошедших в нашем обществе известных социально-политических изменений, то есть первопричины ее рождения носят «полулитературный» характер. Именно с этой точки зрения она и должна рассматриваться и оцениваться как историко-литературное явление. Ориентация на массового слушателя-зрителя порождала ее специфические стилевые приметы: многочисленнейшие фигуры (знаки восклицания и вопроса, призывы и обращения, клятвы перед слушающими в своей верности добытым идеалам, утверждение самих этих идеалов и отрицание «старых», обветшавших и сметаемых временем).
«Я хотел бы на всех баррикадах твоих, человечество, драться»
торчащей в завертинках белой трубою
(«Монолог американского поэта»)
Словно отвечая на эти аргументы, Евтушенко утвердительно выступил против искусственного разделения русской лирики 60-х на «тихую» и «громкую»:
Есть поэт всероссийский, вселенский.
(«Над могилой Рубцова»)
«Тихая лирика» явилась естественным продолжением лирики «эстрадной», и, как бы ни стремились их противопоставить критики в последующие годы, это новое явление не было заменой «громкой» поэзии.
Поэзия оттепели, на мой взгляд, принимает новую форму более свободную и раскрепощенную. В стихотворениях слышаться более смелые строки и в целом поэзия становиться гораздо ближе к народу.
Роль лидера «тихой лирики» досталась рано погибшему Николаю Рубцову (1936-1971). В отличие от «поэтов-шестидесятников», Рубцов совершенно игнорирует традиции поэзии модернизма. Он почти полностью освобождает свои стихи от сложной метафоричности, перенося главный акцент на напевную интонацию, достигающую подчас высоких пронзительных нот. Причем интересно, что традиция, в которую Рубцов «встраивал» свое творчество, выглядела весьма избирательно, соединяя фольклорную песню (Рубцов нередко исполнял свои стихи под гитару или под гармошку), поэзию Тютчева, Фета, Полонского, Блока и, конечно, Есенина.
Значение поэзии Рубцова должно оцениваться в масштабе сдвига культурных парадигм, происходившего на рубеже 1960-1970-х. В своих не всегда совершенных, но эмоционально очень убедительных стихах Рубцов первым не интеллектуально, а суггестивно обозначил очертания нового культурного мифа, в пределах которого развернулась и «тихая лирика», и «деревенская проза», и вся почвенническая идеология 1970-1980-х годов.
Исходной точкой рубцовского поэтического мифа становится образ современной русской деревни (речь идет о 1960—1970-х) — колхозной, вымирающей, разрушающейся. Вполне узнаваемые детали деревенского быта вплетались Рубцовым в образы, явственно окрашенные в эсхатологические и апокалиптические тона. Затяжной дождь в этом стихотворении превращается во Всемирный Потоп, срывающий «семейные якоря», разрушающий прошлое (размытое кладбище), рождающий чудовищ («ворочаются, словно крокодилы, меж зарослей затопленных гробы. »). Таков обычный эмоциональный контекст, окружающий деревенские зарисовки Рубцова. Буксующий в грязи грузовик своим воем «выматывает душу». Зимнее оцепенение вызывает такую реакцию: «Какая глушь! Я был один живой. / Один живой в бескрайнем мертвом поле!» Летняя гроза выглядит, как «зловещий праздник бытия, / смятенный вид родного края». А реальные названия вологодских деревень в этой атмосфере наполняются библейскими и метафизическими ассоциациями. Ночь, тьма, разрушенное кладбище, гниющая лодка, дождь — вот устойчивые символы поэзии Рубцова, наполняющие его образ современной деревни метафизическим ужасом, чувством близости к хаосу.
При всем при том, рисуя эту, казалось бы, гибнущую деревню, автор чувствует, что в ней есть нечто такое ценное и достойное, чего нет в модернизированном мире. Это, по меньшей мере, ощущение некоего покоя или скорее — тоска по покою, жажда покоя, тяга к покою, которая пронизывает поэтический мир Рубцова. Это тоже полемика с пафосом движения и ускорения, который доминировал в поэзии «шестидесятников».
У темы покоя в поэзии Рубцова есть свои устойчивые знаки, разрывающие семантику этого мотива. Таков, например, храмовый пейзаж, возрожденный Рубцовым после многолетнего запрета на любые позитивные образы религии. Разрушенные церкви, поруганные святыни находят поддержку и согласие с образами природы. По сути дела, метонимическое единство между символами религиозной веры и образами русской природы образует сакральный центр создаваемого Рубцовым поэтического мифа. Так, например, в стихотворении «Левитану (по мотивам картины «Вечерний звон»)» (1960) полевые колокольчики и уцелевшие церковные колокола звучат в унисон, причем единство между собором и природой подчеркивается аллитерациями и ассонансами.
Поэтический мир Рубцова, и в особенности его пейзаж, несет на себе отпечаток элегической традиции. Вообще в жанровом плане Рубцов по преимуществу элегический поэт, сохраняющий традиционные атрибуты элегии, правда, порой с неожиданно свежим эпитетом, как бы сбивающим уже привычную позолоту с образа. Но главный эстетический эффект у Рубцова образуется нагнетанием подробностей и деталей элегического пейзажа, их сгущенностью в одном колорите. Показательно стихотворение «Звезда полей» (1964), опирающееся на мотивы старинных песен: «Звезда полей над отчим домом и матери моей печальная рука. », «Гори, гори, моя звезда. ». В этом стихотворении создан предельно обобщенный пейзаж. Вся Родина представлена спящей в глубокой тишине. Ее освещает только одна звезда полей. С одной стороны, образ заледенелой мглы, а с другой — радость одинокого человека, которому становится тепло и ласково на душе оттого, что звезда полей горит над его головой: «И счастлив я, пока на свете белом / Горит, горит звезда моих полей». Так возникает предельно хрупкое, но все же единство между лирическим героем и всем миром вокруг него.
Рубцов когда-то сказал о себе: «Я чуток как поэт, бессилен как философ». В отличие от поэтов сугубо философского склада, Рубцов ищет разрешения драмы духовного сиротства не во всеобъемлющей мысли о мире, а в эмоциональном просветлении, пускай даже крайне недолговечном. Он создает такие образы, которые всей своей семантикой, а именно семантикой древней, архаической, памятью своей способны вызывать мистическое чувСтво покоя, блаженства, умиления («Видения на холме»).
Каковы же отношения лирического героя с поэтическим миром? В принципе это ощущение полной слитности, абсолютного, кровного единения с ним — с миром, где картины умирания сочетаются с памятью о гармонии и покое. И поэтому катастрофичность существования этого мира становится состоянием души героя стихов Рубцова. В стихотворениях Рубцова любовь к Родине приобретает характер религиозного, мистического служения. Родина для героя его стихов — это та святыня, о которой громко не говорят, которая есть внутри тебя и которой ты служишь душою.
Одно из самых щемящих стихотворений Рубцова «Тихая моя родина» начинается с самого интимного, с самого личного, что связывает человека с Родиной, — с памяти о матери («мать моя здесь похоронена»). Но даже ее могилы лирический герой найти уже не может, ибо в родном мире очень многое порушилось, пришло в запустение. Однако память сердца продирается через все напластования времени. Герой возвращается в свои мальчишеские годы («Словно ворона веселая / Сяду опять на забор», «школа моя деревянная»), а при расставании уже мир, признавший в герое своего, будет, как и положено, провожать его («Речка за мною туманная / Будет бежать и бежать»). Таким образом, связь с Родиной восстановлена, и не только восстановлена, но и осознана глубоко — как связь онтологическая, «самая смертная». Фольклорно-песенная тональность голоса лирического героя становится свидетельством органической слитности его душевного строя с родным миром. И в то же время, такая стилизация — это демократический жест: готовность общаться с читателем на языке той культуры, которая глубоко укоренена в деревенском русском человеке. Более того, рубцовская стилизация, ориентированная на национальные культурные традиции и святыни, становится способом реставрации чистого, просветленного, покойного состояния души.
За кажущейся безыскусностью лирики Рубцова стоит вроде бы очень непритязательная личность — просто человек, плоть от плоти этого самого деревенского мира. А вот муки, которые он переживает, это как бы обнажение той сердечной муки, которая далеко выходит за пределы деревенского мира, — муки одиночества, беззащитности перед хаосом жизни, муки богооставленности и щемящей тоски по святости и вере.
