Она была так красива как зевса дочь

Елена Троянская – история роковой красавицы Древней Греции

Елена Прекрасная, пожалуй, самая известная женщина, о которой рассказывают мифы Древней Греции. Благодаря гомеровской “Илиаде” мир узнал о ней как о роковой красавице, из-за которой разгорелась знаменитая Троянская война.

К Елене относятся по-разному. Античные авторы воспевали её красоту и очарование, позднее поэты сделали её воплощением совершенства, приносящего гибель. Одни считают её земной богиней, другие – блудницей. Но какой же предстаёт перед нами Елена Прекрасная в изначальных версиях мифов? Стоит ли завидовать судьбе самой красивой женщине Греции или, как считали античные поэты, всего мира?

Рождение Елены

О происхождении Елены Прекрасной есть множество версий, причём каждый древнегреческий автор придерживался своей теории. В некоторых пересказах мифов её называют дочерью богини Немезиды, воплощающей справедливое возмездие.

Однако наиболее распространённая версия сказания говорит, что родителями девушки стали Зевс и красавиц Леда, супруга спартанского царя Тиндарея. Согласно этой истории, Зевс, очарованный прекрасной Ледой, превратился в лебедя и прилетел в её покои. В ту же ночь женщину навестил её муж, в результате чего она родила двух сыновей, Кастора и Полидевка, и дочерей – Клитемнестру и ту самую Елену, о которой пойдёт речь.

Однажды Тиндарей забыл принести дары Афродите, что разозлило богиню. Покровительница любви сказала правителю, что дочери его будут несколько раз выходить замуж, но так и не обретут счастья. Впрочем, в то время о замужестве девочек царь ещё не думал – они были слишком юными.

Скульптура Елены Троянской

Тесей – первый муж красавицы

Жизненные сложности настигли Елену уже в раннем возрасте, когда она была подростком, её похитил афинский царь Тесей. К тому моменту знаменитый герой уже находился в преклонном возрасте, но, овдовев, решил вместе с другом Перифоем, подыскать себе жену.

Условие у товарищей было одно – девушки непременно должны быть дочерьми Зевса. Узнав о месте проживания юной красавицы, мужчины отправились в Спарту, похитили Елену и, разыграв её в кости, решили, что она станет супругой Тесея. Оставив девушку в Афинах, они отправились за новым “трофеем”: Перифой пожелал заполучить царицу подземного мира Персефону. Правда, там его и Тесея заколдовали и заковали в цепи.

Второе замужество Елены Прекрасной

Тем временем Кастор и Полидевк собрали войско и двинулись на Афины спасать сестру. Город, оказавшийся ослабленным без своего царя, быстро пал, а девушка вернулась в родную Спарту.

Законным супругом Елены стал Менелай, которому пожилой царь передал спартанский трон. Почему выбор пал именно на него, неизвестно, но, как мне кажется, это был типичный политический брак, в котором каждая из сторон получала свои привилегии. Однако в этом случае о чувствах Елены к Менелаю говорить не приходится.

Парис и Елена

Внезапная любовь

Как утверждают поэты античных времён, истинная любовь стала роковой для красавицы. Ещё не зная Елены Прекрасной, царевич Трои, Парис, получил яблоко от богини раздора.

Коварная Эрида хотела поссорить Геру, Афину и Афродиту. На чудесном плоде значилось: “Прекраснейшей”. Парис выслушал обещания каждой из богинь и выбрал Афродиту. Та в качестве дара предложила ему любовь самой прекрасной женщины мира.

По иронии судьбы вскоре Парис отправился в качестве дипломата в Спарту, где встретился с Менелаем и его красивой молодой женой. Вспыхнувшее в его сердце чувство не было безответным – Елена ощутила не меньшую страсть.

Несмотря на то, что поступок грозил конфликтом между царствами, Парис забирает красавицу и увозит её в Трою (конечно, сама Елена ничего не имела против этого).

Менелай, что с радушием принял троянского гостя, был потрясён его предательством. Он собирает войска, отправляясь на Трою. К сражению людей присоединяются и боги, ведь обделённые Гера и Афина затаили обиду на Париса.

За десять лет войны Елена получила прозвище Троянской, но, увы, счастливой её брак нельзя было назвать. В одном из сражений Парис получает рану от ядовитой стрелы. Его прежняя жена, лесная нимфа, отказывает в помощи, и он в муках умирает неподалёку от леса.

Падение Трои и судьба Елены

По приказу царя Приама Елена стала супругой одного из его сыновей, царевича Деифоба, что являлся братом покойного Париса. Почти двадцать лет женщина провела в Трое, она находилась в городе и в тот день, когда грекам удалось хитростью проникнуть за городские стены и сломить сопротивление троянцев.

Вергилий рассказывает, что в ночь падения Трои Елена скрывалась в храме Весты. Менелай, ворвавшийся в здание, хотел расправиться с женой, но выронил меч, увидев её красоту. Греки решили забросать Елену, из-за которой началась кровопролитная война, камнями, но выронили их, как только женщина обернула к соотечественникам своё лицо.

Менелай сумел простить супругу, но после его смерти Елена прекрасная была изгнан из Спарты. О гибели красавицы, как и о её рождении, сложено немало противоречащих друг другу преданий.

Одна из версий: жены воинов, погибших под Троей, казнили Елену, лишившуюся своего могущественного мужа. Не исключено, что это было действительно так.

Образ Елены Прекрасной вдохновлял многих художников

Поразительно, но древние греки старались придумать, что было с их знаменитой героиней после её смерти. За два тысячелетия до нашей эры стало популярным предание о том, что Елена Прекрасная и красавец-воин греческой армии Ахилл обрели бессмертие и стали влюблённой парой. Историю этой женщины можно считать поистине бесконечной, ведь и в наше время она продолжает вдохновлять художников, писателей, режиссёров.

Источник

«Удивительная девушка»: какой выросла дочь Жукова, живущая в Америке

Сергей Жуков часто показывает публике своих детей от нынешней жены, а вот подробности жизни ребёнка от первого брака он держит в секрете. На днях певец показал уже взрослую наследницу и трогательно признался ей в чувствах. Как складывается жизнь дочки певца и почему она практически не видит своего родного отца?

Первая жена

Солист популярной в 90-х группы «Руки вверх» впервые женился в 2001 году. С Еленой Добындо начинающий на тот момент артист познакомился в Тольятти, где жил до переезда в Москву. Роман певца с дочкой вице-президента АВТОВАЗа начался не сразу. Сначала они общались как друзья, а уже потом встретившись в столице решили начать отношения. Семья Добындо, как говорили, не приняла выбор их дочери и выступала против этого союза. Он был слишком молод и не подавал больших надежд, поэтому завоевать уважения родных его невесты ему не удалось.

Вскоре после свадьбы Жуков стал отцом. У пары родилась дочка, которую назвали Александрой. Семейная жизнь пары откровенно не складывалась. Супруга, по слухам, изводила певца ревностью, а он в свою очередь больше внимания уделял своей карьере, чем семье. Он хотел добиться успеха, чтобы изменить к себе отношение тестя, и не заметил, как его отношения с супругой необратимо испортились.

Через четыре года жена поставила Сергея перед фактом: она требует развода. Исполнитель тяжело переживал крах брака и даже впал в депрессию. Его дочка осталась жить с мамой, которая вскоре после расставания удачно устроила свою личную жизнь. Она переехала в Америку, где снова вышла замуж. Воспитанием Александры занимался отчим, но Сергей не терял связь с дочерью.

Редкие встречи с дочкой

Жуков после развода довольно быстро снова влюбился. Он начал встречаться с бывшей солисткой группы «Сливки» Региной Бурд. Роман с ней помог певцу забыть обо всех переживаниях из-за развода. Через два года после того как от него ушла жена, он решил снова жениться. Роман сделал Бурд предложение руки и сердца, а ещё через год снова стал отцом. В 2008 году у него родилась дочка Ника. Через два года супруги отметили ещё одно прибавление — у них появился сын Энджел, а в 2014 году — Мирон.

Несмотря на то, что у Сергея родились в новом браке три ребёнка, он не переставал поддерживать общения с дочкой от первой жены.

Накануне Александре исполнилось уже 20 лет, о чём Жуков рассказал фанатам в Сети. Он показал в Инстаграме редкое фото своей «американской» дочки и признался ей в любви.

Жуков написал, что, несмотря на расстояние и редкие объятия, между ними сохраняется особенная связь. Артиста переполняет гордость, что у него выросла такая красивая и удивительная дочь. Он напомнил ей, что любит её независимо от того, как часто им удаётся увидеться лично.

«Есть только одно, неподвластное времени обстоятельство — моя безусловная любовь к тебе все эти 20 лет! Сашенька, где бы ты не находилась, знай, что никакие расстояния не могут помешать папе — любить и чувствовать своего ребенка. Я скучаю, я тебя люблю, и хочу, чтобы ты знала, что вся наша семья, все твои братья, сестра, бабушка, все мы очень ждем нашей скорой встречи»,

— обратился Сергей к дочери.

Похоже, что совсем скоро Александра навестит своих родных в России. Можно предположить, что Жуков серьёзно готовится к этому событию и наверняка приготовил для именинницы какой-то сюрприз.

Есть основания полагать, что Александра в будущем может стать известной актрисой. Девушка с ранних лет интересовалась сценой и играла в школьных постановках.

Девушка не афиширует, кто её родной отец, и сильно смущается, когда кто-то узнаёт о том, что она наследница звезды эстрады. Кстати, по этой же причине дочь Жукова отказывается от совместных с отцом интервью. Девушка не привыкла к повышенному вниманию, папарацци и поклонникам, просящим автограф или селфи. Фанаты уверены, что Александра сможет добиться успеха без помощи родителей, так как обладает яркой харизмой.

Источник

Любовные похождения Зевса и другие его преступления

В Древней Греции главным богом был Зевс-громовержец.

Объектом похождений молниеметателя были все богини и женщины от мала до велика, хотя предпочтение отдавалось девушкам помоложе.

Легенда гласит, что когда Зевс воцарился над миром, в благодарность к своему спасителю Лаасу, бог назвал его именем людей.

Можно не сомневаться в древности греческих представлений о том, что Метида (дословно — «разум», «мысль», «благоразумие») составляет сущность Афины, но впервые мы узнаем о ней лишь из «Теогонии» Гесиода (8 — 7 вв. до н. э.).

Типично также обыгрывание в мифах созвучия между греческими словами «лаас» (камень) и «лаос» (народ).

Но вернемся к Зевсу. Известно, что Метида, чтобы избежать назойливых ухаживаний подрастающего воспитанника, принимала на острове различные формы, но разве от сексуально озабоченного божественного маньяка убежишь?!

Ему как-то предсказали Уран и Гея, что у Метиды родится сын, который будет сильнее его.

Жену съел, но ее беременность перешла к нему самому.

И вскоре Зевсу настала пора рожать.
Роды принимал Гефест – бог-кузнец.

Ему пришлось разбить громовержцу голову, потому что ребенок родился не как обычно, что само собой разумеется, а из зевсовой головы.

И это был не сын, а дочь. Но, впрочем, девочка ничуть не уступала мальчику, потому что на свет появилась Афина-воительница, богиня войны, стратегии и мудрости.

Так что для Афины Паллады Зевс – это и мама, и папа.

Хотя в древние времена интимные отношения между близкими родственниками не порицались, а наоборот поощрялись (это мы видим на примере египетской и других династий), однако Зевсу для соблазнения сестрицы пришлось принять облик змея.

От этой связи родилась девочка, которую называли Персефоной.

Молниеметатель не устоял перед обаянием своей дочери-племянницы и покусился на ее честь.

Эту девушку Глав. Босс над богами соблазнил, также прикинувшись змеей. Образ ползучего гада был наиболее любим Зевсом.

Персефона родила отцу-дяде сына – Сабасия.

Как только мальчик подрос, его отправили работать главным богом у фракийцев и фригийцев.

А потом Персефону, как вы помните, похитил ее дядя, брат Зевса, владыка царства мертвых Аид (Гадес).

Но на совести Верховного божества это кровосмешение было отнюдь не первым.

По мифам, жертвой инцеста стала его жена и одновременно родная сестра, богиня Гера.

Гера — третья дочь Кроноса и Реи, сестра Зевса, Деметры, Гестии, Аида и Посейдона.

Великую богиню Геру, после того как ее и ее братьев и сестер изверг из своих уст побежденный Зевсом Крон, мать ее Рея отнесла на край земли к седому Океану; там воспитала Геру супруга Океана Тефида.

В будущем Гера будет мирить дядю и тетку в их ссорах.

Гера долго жила вдали от Олимпа, в тиши и покое.

Великий громовержец Зевс увидал ее и похитил у Тефиды.

Их тайная связь началась задолго до свадьбы. Зевс полюбил Геру, когда она была девушкой.

Гера обладала очень своенравным характером, и потому Зевсу пришлось долго добиваться того, чтобы Гера согласилась стать его женой.

Она отвечала отказом на все его уговоры, и тогда отец богов и людей пошел на хитрость.

Однажды, когда Гера гуляла, вокруг нее стала виться красивая пестрая кукушка.

Гере понравилась птичка, и она, по собственной глупости, наивности и незнанию с веселым смехом попыталась ее поймать.

К ее удивлению, птичка легко далась ей в руки; когда же она, лаская кукушку, прижала ее к своей груди, та внезапно превратилась в Зевса, и теперь уже не Гера прижимала к себе птичку, а Зевс — Геру.

В тот же миг бог избил на нее свою похоть, и несчастной ничего не оставалось делать, как покориться его воле.

Брак Зевса и Геры оставался тайным 300 лет.

Свадьба Зевса и Геры проходила в Кносской земле, в местности близ реки Ферена, где стоит храм в честь этого события.

Боги, к нашему удивлению, узнав об этом, не подняли скандал на весь Олимп, а пышно справили торжество.

Она подарила Гере чудесную яблоню с золотыми яблоками, дающими вечную молодость.

Это дерево Гера поместила на самом краю земли, в саду Гесперид.

Зевс высоко чтил свою супругу и сообщал ей свои планы, хотя и удерживал ее при случае в пределах ее подвластного положения.

Зевс любил сидеть на ложе, чтобы его обнимала Гера.

Оба любили быть полуобнаженными. Рядом с ними всегда были орел и павлин, символы обоих богов. Гера опоясывала себя поясом Афродиты.

Будучи богиней брака и семьи, Гера часто терпела обиды от своего мужа Зевса.

На земле Гера охраняла святость и нерушимость семейных уз, на Олимпе же часто обнаруживала, что Зевс ей неверен и тайно вступает в брак со смертными женщинами.

Страшно ревновала Гера и старалась всячески навредить женщинам, которых Зевс одарил своей благосклонностью.

Постоянно испытывая от Зевса унижения, Гера, конечно же, хотела отплатить ему тем же.

Однажды она подговорила других богов лишить громовержца власти, и все обещали ей помощь и поддержку.

Боги подкрались к спящему Зевсу и связали его.

Все могущество отца богов и людей не могло помочь ему разорвать оковы.

Но тут богиня Фетида вывела от врат Тартара на Олимп сторукого великана Бриарея.

Устрашились боги, а Бриарей, легко сняв с Зевса оковы, воссел рядом с ним, и никто не осмеливался больше подступить к нему.

Гера как зачинщица мятежа богов была подвешена за руки на золотых цепях между небом и землей, а чтобы висеть ей было тяжелее, Зевс привязал к ее ногам тяжелые медные наковальни.

Так висела она, и никто не осмеливался вступиться за нее, страшась гнева повелителя бессмертных и смертных.

Зевс помиловал свою жену только тогда, когда она поклялась водами Стикса, что никогда больше не посягнет на его власть.

С тех пор Гера больше не поднимала мятежей, она только иногда давала волю своему злому языку, попрекая Зевса его бесчисленными изменами.

Вот такая вот «любовь»двух верховных Олимпийцев Зевса и Геры стала примером для других богов и людей.

Если уж Зевс не пропускал мимо себя богинь и родственниц, то дочерям богов поменьше рангом, и царским дочуркам было чего опасаться.

Дочь речного бога наяда Эгина была похищена Зевсом и перенесена на остров Энона, который стал называться позже Эгиной. Эгина родила Зевсу сына Эака.

Превратившись в белого быка, Зевс похитил дочь финикийского царя Европу и привез ее на Крит.

Здесь он принял образ прекрасного юноши, и они полюбили друг друга. От этого союза родились Минос – будущий царь Кносса, Радамант и Сарпедон.

Дочь анатолийского царя Леда купалась в реке Еврот. Зевс увидел ее и влюбился. Предстал пред ней в облике лебедя и соблазнил.

В результате той порочной связи Леда снесла два, три или даже четыре яйца, из которых вылупились Кастор, Полидевк, Елена Прекрасная и еще ее сестра Клитемнестра.

Когда Даная родила сына Персея, то Акрисий приказал бросить их в ящике в море.

Мать и сын выжили, а предсказание сбылось, когда Персей подрос.

Спящей Антиопой, дочерью одного из персонажей греческой мифологии Никея, Зевс овладел в образе сатира.

По другой версии его убили сыновья Антиопы. Так, безнаказанность и вседозволенность одного побуждают совершать преступления других.

Впрочем, кто знает, если бы Зевс был примерным и верным мужем, то сколько богов, богинь и героев не были бы рождены, а мифы потеряли бы свою привлекательность.

О чем бы мы тогда с вами говорили и сплетничали?

Источник

Одиссея. Песнь шестая

Перевод поэмы Гомера

Так после бед бесконечных, укрывшись опавшей листвою,
Спал Одиссей. А богиня отправилась в город чудесный
Знатных в морском ремесле феакийцев, богами хранимых,
Издавно живших на злачных равнинах земли Гиперейской.
Неподалёку от них обитали циклопы, жестокий,
Буйный и дикий народ, обладающий силой безумной.
В вечной вражде находились соседи, и царь феакийский,
Вождь Нафсифой, корабельщик стремительный, сын Посейдона,
В Схерии, тучной земле, поселил свой народ – в отдаленье
От городов и селений, известных тогдашнему миру.
Там он жилища построил и храмы богам всемогущим,
И неприступные стены вознёс, окружив ими город,
И разделил на участки поля, никого не обидев.
Но уж давно был сведён он судьбою в обитель Аида.

Островом правил теперь Алкиной, равный в мудрости богу.
В царский дворец и вошла невидимкой Афина Паллада.
С прежней заботой о том, чтоб скорей Одиссей возвратился
В дом свой родной на гористой Итаке, богиня проникла
В девичью спальню, где мирно в тот утренний час почивала
Царская дочь Навсикая – богиня и видом, и станом.
Возле дверей две служанки, Харитам подобные, спали.
Накрепко заперты двери. Но лёгкой воздушной стопою
В спальню к царевне проникла Афина Палада и стала
В самом её изголовье, приняв обаятельный образ
Дочери лучшего в Схерии морепроходца Диманта.
С нею дружила царевна, подругою лучшей считая.
В виде таком подойдя к Навсикае, богиня сказала:

«Видно, тебя беззаботною мать родила, Навсикая!
Ты не печёшься о светлых одеждах, а скоро наступит
Брачный твой день. Ты должна и себе приготовить такое
Платье, и тем, кто тебя поведёт к жениху молодому.
Доброе имя одеждами чистыми мы наживаем.
Да и родители нами довольны. Проснись же скорее!
Встань, Навсикая, прислугу возьми и одежду, и вместе
К речке спешите, и я помогу вам с работой нелёгкой
Справиться. Девой тебе оставаться недолго. Повсюду
В нашей земле женихи тебе сыщутся знатного рода.
Ты и сама ведь у нас из династии самой известной.
Встань поскорей и к отцу поспеши многославному с просьбой –
Дать колесницу и мулов тебе, чтоб могла ты удобно
Всё погрузить и к реке отвезти, ну а мы за тобою
Следом пойдём. В колеснице тебе заповедали боги
Путь совершать, ведь пешком богоравной идти неприлично».

Так ей сказав, светлоокая Зевсова дочь удалилась
Вновь на Олимп, где обитель свою испокон основали
Боги великие, где никогда ни ветров не бывает,
Ни холодов, ни шумливых дождей, где безоблачный воздух
Лёгкой лазурью разлит и сладчайшим сияньем проникнут.
Там для богов в несказанных утехах все дни пробегают.

Дав свой совет, на Олимп улетела Афина Паллада.
Эос же златоголовая, встав, разбудила царевну.
Сну своему удивляясь, она поспешила в покои,
Где почивали родители, царь и царица, чтоб странный
Сон рассказать им. Царица в кругу приближённых служанок
Тонкие нити пряла. А в открытых дверях Навсикая
Чуть не столкнулась с отцом – он спешил на совет, приглашённый
Мудрой плеядой знатнейших мужей феакийских. Царевна
Всё рассказала ему и с такою к отцу обратилась
Просьбой:

«Вели колесницу большую на быстрых колёсах
Дать мне, чтоб я, уложив в ней одежду, которой скопилось
Нынче не мало, отправилась к мойке речной. Подобает
Всем нам в опрятной одежде ходить. Ты в совете
Должен своим оденьем примером служить постоянным.
Трём неженатым твоим сыновьям в хороводах вечерних
Тоже одеждою свежей блеснуть не мешает, поскольку
Свадьбы у братьев моих, как мне кажется, не за горами».

Так говорила она. Но о браке своём ни полслова
Не обронила отцу. Сам отец обо всём догадался.
«Дочка, – сказал он, – ни в чём тебе нет и не будет отказа
Ни в колеснице, ни в мулах, ни в прочих обдуманных просьбах.
Дам повеленье рабам заложить колесницу большую,
Быстроколёсную. Будет и короб на ней для поклажи».

Тут же рабам Алкиной приказал снаряжать колесницу.
Вывели мулов рабы, привязали их к дышлу надёжно.
Слуги с царицею вместе одежду забрать поспешили,
В короб сложили её. А царица корзину с едою,
Мех с благородным вином принесла, ну и лакомства тоже.
Был и фиал золотой, благовонным наполненный маслом,
Чтобы царевна с прислугой могла натереться им после
Стирки дневной и речного купанья. Но вот Навсикая
Бич и блестящие вожжи взяла и с растяжкою звучно
Мулов стегнула. Затопав, они побежали за город
Рысью неспешной, везя колесницу, и груз, и царевну.
Следом пошли молодые подруги её и служанки.
Вот они устья реки многоводно-искристой достигли.
Были устроены здесь водоёмы. Прозрачные струи
Их омывали своим говорливо-весёлым теченьем.

К месту прибыв, отвязали они пыльных мулов уставших
И по зелёному берегу речки журчащей пустили
Сочно-медвяной травой насладиться. Потом с колесницы
Сняли одежду и тут же её в водоёмы ногами
Плотно втоптали, проворным усердием споря друг с другом.
Начали дружно её полоскать, дочиста отмывая.
После по взморью на мелко-блестящем хряще, наносимом
На берег плоский морскою волною, бельё разостлали.
Кончив, в реке искупались, елеем душистым натёрлись,
Весело сели на мякой траве за обед запоздалый,
Влажные платья оставив сушиться на солнце лучистом.

После обеда царевна подружек своих и служанок
В мяч пригласила играть, головные сложив покрывала.
Ну а сама, белокурая, звонкую песню запела.
Так Артемида, с колчаном стремительных стрел на охоте,
Смерть нанося кабанам и лесным тонконогим оленям,
Многовершинный Тайгет и крутой Эримант обегает.
С нею прекрасные дочери Зевса эгидодержавца,
Резвые нимфы полей – и любуется ими Латона.
Но Артемида стройнее и выше. Легко между ними,
Сколь ни прекрасны они, распознать в ней богиню Олимпа.
Так и царевна помощниц своих красотой затмевала.

Время настало домой собираться. Опять в колесницу
Мулов они запрягли, снова в короб сложили одежду.
Тут светлоокая Зевсова дочь, чтобы сон Одиссея
Тяжкий и долгий прервать и с царицей его познакомить,
Хитрость придумала. Вдруг Навсикая в подруг своих мячик
Бросила, но, ни в кого не попав, оказался он в струях
Шумной реки. Изумленье играющих вылилось в крики.
И Одиссей, пробудившись в неясной тревоге, подумал:
«Горе мне, боги! К какому народу попал я, несчастный?
Может быть, дикие люди, не знавшие отроду правды,
Здесь обитают? А может быть, встречу приветливых, добрых,
Богобоязненных, гостеприимных? Вот, кажется, слышу
Девичий громкий встревоженный голос. Здесь, видимо, нимфы,
Гор крутоглавых и речек хозяюшки, резво играют.
Или достиг наконец я жилища собратьев разумных?
Встанем же. Надо мне всё самому испытать и разведать».

Тут из чащобы он выбрался и торопливой рукою
Свежих ветвей наломал и одежды подобием слабым
Тело нагое прикрыл и на берег неведомый вышел.
Вышел он. – Так, на горах обитающий, сильный и гордый,
В ветер и дождь на добычу выходит, сверкая глазами,
Лев. На быков и овец он бросается в поле, хватает
Диких оленей в лесу, но нередко, почувствовав голод,
Коз и баранов тайком из пастушьих оград похищает.
Так же и наш Одисей вознамерился к девам прекрасным
Полунагим подойти, приневоленный страшной нуждою.

Весь был покрыт он зелёной засохшею тиной. И в страхе
Вмиг от него разбежались по берегу слуги царевны.
Но Алкиноева дочь как стояла вблизи колесницы,
Так и осталась стоять. В её сердце Афина Палада
Бодрость вселила и страх уничтожила. На Одиссея
Смело смотрела она. Одиссей же решал, что приличней:
Оба колена царевне обнять или здесь, в отдаленье,
Словом горячим молить, чтобы милость она оказала.
Грубо коснувшись колен, он прогневать мог чистую деву,
И потому Одиссей обратился к ней на расстоянье:

«Смертная дева, богиня ли ты, – я к тебе простираю
Руки мои. Если ты из богинь, повелительниц неба,
То с Артемидою только, великою дочерью Зевса,
Можешь сравниться своей красотою и станом высоким.
Если одна ты из смертных, и воля судьбы над тобою,
То несказанно блаженны отец твой и мать, и блаженны
Братья твои, с наслаждением видя, как ты перед ними
Мирно в семье расцветаешь, а вечером как в хороводах
Весело пляшешь. Но самым блаженным окажется смертный,
Кто тебя в дом уведёт свой с богатым отцовским приданным.
Нет, до сих пор средь людей никого не встречал я прекрасней.
Не насмотрюсь на тебя. Только в Делосе, там, где воздвигнут
В честь Аполлона алтарь, я высокую стройную пальму
Около храма заметил. (В тот храм я вошёл, окруженный
Спутников дружной толпой, но которых на трудной дороге,
Столько принесшей мучений и бедствий, пришлось растерять мне).
Юную пальму заметив, я в сердце своём изумлён был,
Долго её вспоминая. Подобного дерева в жизни,
Стройного и благородного, больше нигде я не видел.

Так и тебе я дивлюсь! Но, любуясь тобой, не дерзаю
Тронуть коленей твоих – несказанной бедой я постигнут.
Только вчера, на двенадцатый день, удалось мне избегнуть
Гневного моря – игралищем был я губительной бури,
Гнавшей меня от страны хитроумно-жестокой Калипсо.
Нынче же в вашу страну я заброшен для новых напастей.
Видно, немало еще испытаний готовят мне боги.
Сжалься, о дева! Тебя после стольких невзгод и страданий
Первою здесь я молитвою встретил. Никто из живущих
В этой земле не знаком мне. Скажи, где найду я дорогу
В город. И дай мне хоть чем-то прикрыть обнажённое тело.
О, да исполнят желанья твои всемогущие боги,
Дав и супруга по сердцу, и в доме избыток, и с ними
Мир нерушимый в семье. Несказанный порядок в том доме,
Где в нераздельном душевном единстве живут молодые:
Всем благомысленным людям – на радость, на зависть и горе –
Людям недобрым и жадным, себе – на великую славу».

Выслушав долгую речь Одиссея, царевна сказала:
«Странник, я вижу, твой род знаменит, говоришь ты разумно.
Дий же с Олимпа и низким, и людям высокого рода
Счастье даёт без разбора по воле своей прихотливой.
Что он тебе посылает, прими с терпеливым смиреньем.
Если ж достигнуть ты смог и земли и обителей наших,
То ни в одежде тебе и ни в чём, испытавшему много
Бед и мучений в скитаниях, видимо, небу угодных,
И от меня, и от наших сограждан отказа не будет.
Город тебе укажу, назову и людей, в нём живущих.
Городом, островом этим владеет народ феакийский.
Имя моё Навсикая, я дочь Алкиноя, который
В здешних местах добродушным зовут, но его же
Ныне державным владыкой своим признают феакийцы».

Тут обратилась царевна к подругам своим и служанкам:
«Где вы? Куда разбежались, попрятавшись от иноземца?
Он человек незломышленный. Нет вам причины бояться.
Вам же известно, что не было, нет на земле и не будет
Кто бы на нас, феакиян, недоброе что-то замыслил.
Боги нас любят. Живём в стороне от народов, в пределах
Самых далёких опасного шумного моря. И редко
Кто из людей нас по воле своей посещает. И нынче
Встретился нам не злодей, а несчастный, бездомный скиталец.
Помощь ему оказать мы должны. Принесите скорее
Пищи с вином. Только прежде его искупайте в затоне,
Там, где нет ветра».

Сказала царевна. Гурьбой к колеснице
Девы собрались. К затону ведут Одиссея. На камни
Мантию с тонким хитоном вблизи от него положили.
Тут же фиал золотой принесли с благовонным елеем.
Стали его приглашать к омовению в светлом потоке.
Но Одиссей от девичьих услуг отказался, сказав им:
«Девы прекрасные, станьте поодаль. Без помощи вашей
Смою с себя я солёную тину и сам наелею
Тело своё. Уж давно его царский елей не касался.
Но перед вами купаться не стану я в светлом потоке.
Стыдно себя обнажать мне под вашими взглядами, девы».

Так он сказал, и они, удалясь, известили об этом
Царскую дочь. Одиссей же, в поток погрузившийся, тину,
Щедро покрывшую всё его тело и кудри густые,
Смыл освежительной светлою влагой и, чистый, оживший,
Он умастил своё тело душистым елеем, а после
Платьем прекрасным, подарком царевны, украсил.
Дочь светлоокая Зевса Афина в тот миг Одиссея
Станом возвысила, сделала телом полней и густыми
Кольцами кудри, как цвет гиацинтов, ему закрутила.
Так, серебро облекая сияющим золотом, мастер,
Мудрой Паладой и богом Гефестом наставленный в трудном
Деле своём, чудесами искусства людей изумляет.
Так красотою мужской облекла Одиссея богиня.

Берегом моря пошёл он и сел на песке, озарённый
Мужеством, силой и прелестью. Царская дочь изумилась.
Ближе подруг позвала и такое им слово сказала:
«Слушайте, что вам теперь сообщу, мои милые девы.
Кажется мне, что, не всеми богами Олимпа гонимый,
Прибыл несчастный скиталец в страну феакийскую нашу.
Прежде и мне человеком простым он казался. Теперь же
Вижу, что свой он богам, беспредельного неба владыкам.
Ах, вот когда бы подобный супруг мне нашёлся, который,
Здесь поселившись, у нас навсегда захотел бы остаться!
Вы же, подруги, вина и еды принесите пришельцу».

Так говорила царевна. И, воле её повинуясь,
Девы еды и питья принесли Одиссею в корзине.
С жадностью он утолил острый голод и жгучую жажду –
Несколько дней и ночей проведя без воды и без пищи.
Добрая мысль пробудилась в душе благородной царевны.

После того, как помощницы чистое платье собрали,
В короб сложили и мулов впрягли отдохнувших, проворно
Стала царевна за стойку своей колесницы, вожжами
Ловко втряхнула и, мулов сдержав, Одиссею сказала:
«Время нам в город. Вставай, чужеземец, и следуй за нами.
В доме отца моего без особой заботы ты встретишь
Всех знаменитых людей феакийских. Но прежде совет мой
Выполни, как я скажу. Со служанками следуй за мною
Мимо полей городских, где взошли уже хлебные злаки.
Я колесницей своей буду править, чтоб вы поспевали
Следом идти. За полями покажется город. Стенами
Он защищен от ветров и разбойных набегов нежданных.
Пристань его с двух сторон огибает с проходом, стесненным
Флотом морских кораблей, и над каждым надёжная кровля.
Там же торговая площадь вокруг Посейдонова храма,
Твёрдо на тёсаных камнях стоящего. В зданиях прочных
Вёсла, канаты и прочие снасти морские хранятся.
Здесь же готовятся новые вёсла, канаты и мачты.
Нам, феакийцам, не надо ни луков, ни стрел. Вся забота
Наша о мачтах, и вёслах, и прочных судах мореходных.
Весело нам в кораблях обтекать многошумное море!

Но феакийцы весьма злоязычны. И этим советом
Я от людей порицанья избегнуть хочу и обидных
Толков. Нам встретиться может какой-нибудь дерзкий насмешник.
Вместе с тобою увидев меня, непременно он скажет:
«С кем так сдружилась, царевна? Кто этот могучий, прекрасный
Странник? Откуда пришёл? Не жених ли какой иноземный?
Бурей ли к нам занесённый из стран незнакомых, далёких?
Или какой по её неотступной молитве с Олимпа на землю
Бог опустился и станет отныне супругом царевны?
Было бы лучше самой ей покинуть наш край благодатный,
Чтобы в стране отдалённой супруга искать. Феакийских
Ей женихов не хватило. Скажите, гордячка какая!»

Вот разговоры какие начнутся от дерзкой насмешки.
Мне это будет обидно. Ведь я и сама бы, конечно,
В деве другой осудила, когда бы она, не вступая
С юношей в брак, с ним встречалась, нарушив запрет наш старинный.
Вот почему я прошу тебя строгий совет мой исполнить.
(Так мы легко избежим пересудов. Отец твою просьбу
Без промедленья исполнит. И край свой любимый
Вскоре увидеть ты сможешь). Совет же мой строг, но не труден.
Есть у дороги священная роща Афины из чёрных
Сплошь тополей. Из нее выбегает ручей серебристый
Прямо на луг. Здесь владенье царя Алкиноя с чудесным
Садом в таком расстоянье от города, что непременно
Можно увидеть, как путники входят в ворота. Дождёшься
В этом саду той минуты, когда мы прибудем на место,
Царских достигнув палат. Вот тогда ты из сада отцова
В город иди и расспрашивай встречных, какая из улиц
К царскому дому тебя приведет. Этот дом ты узнаешь
Сразу по виду его. Ни один феакиец такого
Здесь не имеет жилища.

Ты двор перейди, окружённый
Цепью строений. К покоям царицы по светлому залу
Быстро проследуй. Горящий очаг там увидишь, а возле
Будет за пряжей царица сидеть, в окруженье служанок.
Там же и царское кресло стоит у огня. Мой родитель
Любит сидеть за вином, о делах неспеша рассуждая.
Мимо царя ты пройди и, обнявши руками колена
Матери милой моей, умоляй, чтоб она поспешила
День возвращенья в отчизну тебе даровать, чужеземцу.
Если моленье твоё благосклонно воспримет царица,
Будет тогда и надежда тебе, что возлюбленных ближних,
Светлый свой дом, и друзей, и отечество скоро увидишь».
Так Навсикая сказала и звучным бичом подстегнула
Мулов, но тут же сдержала их бег торопливый вожжами,
Чтобы шагавшие за колесницей идти поспевали.

Солнце садилось, когда они рощи Паллады достигли.
Здесь Одиссей от идущих отстал и под сенью деревьев
Дочери Зевса эгидодержавного начал молиться:
«Дочь всемогущего Зевса, благая Афина Паллада!
Слёзно молил я тебя о пощаде, когда погибал я
В гневной пучине морской. Ты услышала голос скитальца.
Слёзно молю и теперь я тебя – помоги и помилуй.
Дай мне найти и покров и приют у людей феакийских».
Так говорил он, молясь, и богиня его услыхала.
Но перед ним не явилась она, убоясь Посейдона,
Брата отца своего, возжелавшего гнать Одиссея
Долгие годы по яростной водной стихии, покуда
Он не достигнет Итаки, затерянной в далях отчизны.

Источник