Шум говор толпа людей все это было как то непривычно

Содержание
  1. Шум говор толпа людей все это было как то непривычно
  2. 15.1 ЗНАКИ ПРЕ­ПИ­НА­НИЯ ПРИ ОД­НО­РОД­НЫХ ЧЛЕНАХ
  3. 15.1.1. Ряд однородных членов, соединённых ТОЛЬКО интонацией, без союзов.
  4. 15.1.2 Два однородных члена соединены союзом И, ДА (в значении И), ЛИБО, ИЛИ
  5. 15.1.3 Последний ОЧ присоединён союзом И.
  6. 15.1.4. Од­но­род­ных чле­нов боль­ше двух и союз И по­вто­ря­ет­ся хотя бы дважды
  7. 15.1.5 Однородные члены соединены союзом А, НО, ДА(=но)
  8. 15.1.6 При однородных членах повторяются союзы НИ, НИ; НЕ ТО, НЕ ТО; ТО, ТО; ЛИБО, ЛИБО; ИЛИ, ИЛИ
  9. 15.1.7. При однородных членах имеются двойные союзы.
  10. 15.1.8. Часто однородные члены соединяются попарно
  11. 15.1.9.Не яв­ля­ют­ся однородными, по­это­му не вы­де­ля­ют­ся запятыми:
  12. 15.2. ЗНАКИ ПРЕ­ПИ­НА­НИЯ В СЛОЖНОСОЧИНЁННОМ ПРЕДЛОЖЕНИИ
  13. 15.2.1 Основное правило постановки запятой в ССП.
  14. 15.2.2 Особые условия постановки знаков в сложносочинённом предложении
  15. ЧИТАТЬ КНИГУ ОНЛАЙН: Повести
  16. НАСТРОЙКИ.
  17. СОДЕРЖАНИЕ.
  18. СОДЕРЖАНИЕ
  19. Шум говор толпа людей все это было как то непривычно
  20. Шинель :: Гоголь Николай Васильевич

Шум говор толпа людей все это было как то непривычно

Расставьте знаки препинания. Укажите два предложения, в которых нужно поставить ОДНУ запятую. Запишите номера этих предложений.

1) Ученье да труд к славе ведут.

2) Луна глядит загадочно и ласково и манит своим тусклым светом.

3) Рыцарской верностью и преданностью слову отличались Даль и Срезневский Щерба и Виноградов.

4) Шум говор толпа людей — всё это было непривычно для Егора.

5) Оглянитесь вокруг и увидите столько нового и интересного.

Пояснение (см. также Правило ниже).

Расставим запятые во всех предложениях

1)Ученье да труд к славе ведут.

2)Луна глядит загадочно и ласково и манит своим тусклым светом.

3) Рыцарской верностью и преданностью слову отличались Даль и Срезневский, Щерба и Виноградов.(Попарно соединённые однородные подлежащие)

4)Шум, говор, толпа людей – всё это было непривычно для Егора.

5) Оглянитесь вокруг, и увидите столько нового и интересного — сложносочиненное предложение (глагольные формы разных наклонений не выступают в роли однородных членов простого предложения);

Правильный ответ указан под номером 3 и 5

ЗНАКИ ПРЕ­ПИ­НА­НИЯ В СЛОЖНОСОЧИНЁННОМ ПРЕД­ЛО­ЖЕ­НИИ И В ПРЕД­ЛО­ЖЕ­НИИ С ОД­НО­РОД­НЫ­МИ ЧЛЕНАМИ

В этом за­да­нии про­ве­ря­ют­ся зна­ния двух пунктограмм:

1. Запятые в про­стом пред­ло­же­нии с од­но­род­ны­ми членами.

2. Запятые в сложносочинённом предложении, части ко­то­ро­го со­еди­ня­ют со­чи­ни­тель­ные союзы, в частности, союз И.

Цель: найти ДВА предложения, в ко­то­рых нужно по­ста­вить ПО ОДНОЙ за­пя­той в каждом. Не две, не три (а такое бывает!) запятых, а одну. При этом нужно ука­зывать но­ме­ра тех предложений, где была ПО­СТАВ­ЛЕ­НА пропущенная запятая, так как бы­ва­ют такие случаи, что в пред­ло­же­нии уже есть запятая, например, при де­е­при­част­ном обороте. Её мы не считаем.

Не сле­ду­ет искать за­пя­тые при раз­лич­ных оборотах, ввод­ных словах и в СПП: по спе­ци­фи­ка­ции в дан­ном задании про­ве­ря­ют­ся лишь три ука­зан­ные пунктограммы. Если в предложении будут необходимы запятые на другие правила, они уже будут расставлены

Верным будет ответ из двух цифр, от 1 до 5, в любой последовательности, без запятых и пробелов, например: 15, 12, 34.

ОЧ — однородные члены.

ССП — сложносочинённое предложение.

Алгоритм выполнения задания должен быть таким:

1. Определяем количество основ.

2. Если предложение простое, то находим в нём ВСЕ ряды однородных членов и обращаемся к правилу.

3. Если основ две, то это сложное предложение, и каждая часть рассматривается отдельно (см. пункт 2).

Не забываем, что однородные подлежащие и сказуемые создают НЕ сложное, а простое осложнённое предложение.

15.1 ЗНАКИ ПРЕ­ПИ­НА­НИЯ ПРИ ОД­НО­РОД­НЫХ ЧЛЕНАХ

Однородные члены пред­ло­же­ния — это такие члены, ко­то­рые отвечают на один и тот же вопрос и относятся к одному и тому же члену предложения. Од­но­род­ные члены пред­ло­же­ния (как главные, так второстепенные) всегда соединёны со­чи­ни­тель­ной связью, с союзом или без него.

В данном предложении есть один ряд ОЧ, это два однородных определения.

В одном пред­ло­же­нии может быть не­сколь­ко рядов од­но­род­ных членов. Так, в предложении Вскоре уда­рил тяжёлый ли­вень и по­крыл шумом дож­де­вых по­то­ков и по­ры­вы ветра, и стоны сос­но­во­го бора рядов два: два сказуемых, ударил и покрыл; два дополнения, порывы и стоны.

Обратите внимание : в каждом ряду ОЧ действуют свои пунктуационные правила.

Рассмотрим различные схемы предложений с ОЧ и сформулируем правила постановки запятых.

15.1.1. Ряд однородных членов, соединённых ТОЛЬКО интонацией, без союзов.

Правило: если два или несколько ОЧ соединенных только интонацией, между ними запятая ставится.

Пример: На на­тюр­мор­те изоб­ра­же­ны жёлтые, зелёные, красные яблоки.

15.1.2 Два однородных члена соединены союзом И, ДА (в значении И), ЛИБО, ИЛИ

Правило: если два ОЧ соединены одиночным союзом И/ДА, между ними запятая не ставится.

Пример 1: На на­тюр­мор­те изоб­ра­же­ны жёлтые и красные яблоки.

Пример 3: Только ты да я останемся жить в этом доме.

15.1.3 Последний ОЧ присоединён союзом И.

Правило: Если по­след­ний однородный член при­со­еди­ня­ет­ся со­ю­зом и, то за­пя­тая перед ним не ставится.

Пример: На на­тюр­мор­те изоб­ра­же­ны жёлтые, зелёные и красные яблоки.

15.1.4. Од­но­род­ных чле­нов боль­ше двух и союз И по­вто­ря­ет­ся хотя бы дважды

Правило: При раз­лич­ных ком­би­на­ци­ях со­юз­но­го (пункт 15.1.2) и бес­со­юз­но­го (пункт 15.1.1) со­че­та­ния од­но­род­ных чле­нов пред­ло­же­ния со­блю­да­ет­ся правило: если од­но­род­ных чле­нов боль­ше двух и союз И по­вто­ря­ет­ся хотя бы дважды, то за­пя­тая ста­вит­ся между всеми од­но­род­ны­ми членами

Пример 1 : На на­тюр­мор­те изоб­ра­же­ны жёлтые, и зелёные, и красные яблоки.

Пример 2: На на­тюр­мор­те изоб­ра­же­ны и жёлтые, и зелёные, и красные яблоки.

Более сложные примеры:

Пример 3: От дома, от деревьев, и от голубятни, и от галереи — от всего по­бе­жа­ли да­ле­ко длин­ные тени.

Два союза и, четыре ОЧ. Запятая между ОЧ.

Пример 5: Дома, и деревья, и тротуары были укры­ты снегом. Два союза и, три ОЧ. Запятая между ОЧ.

Именно эта схема часто вос­при­ни­ма­ет­ся за оши­боч­ную и несуществующую, учтите это при выполнении задания.

Обратите внимание : данное правило работает лишь при условии, что союз И повторяется в одном ряду ОЧ, а не во всём предложении.

Пример 1: По ве­че­рам за сто­лом со­би­ра­лись дети и взрос­лые и чи­та­ли вслух. Сколько рядов? Два: дети и взрослые; собирались и читали. Союз и не повторяется в каждом ряду, он употреблён по одному разу. Поэтому запятые НЕ ставятся по правилу 15.1.2.

Пример 2: Ве­че­ром Вадим ушёл в свою ком­на­ту и сел пе­ре­чи­ты­вать пись­мо и пи­сать ответ. Два ряда: ушёл и сел; сел (зачем? с какой целью?) перечитывать и писать.

15.1.5 Однородные члены соединены союзом А, НО, ДА(=но)

Правило: При на­ли­чии союза А, НО, ДА(=но) за­пя­тые ставятся.

15.1.6 При однородных членах повторяются союзы НИ, НИ; НЕ ТО, НЕ ТО; ТО, ТО; ЛИБО, ЛИБО; ИЛИ, ИЛИ

Правило: при двукратном по­вто­ре­нии дру­гих со­ю­зов (кроме И) ни, ни; не то, не то; то, то; либо, либо; или, или запятая ста­вит­ся всегда:

Пример 1: А ста­рик расхаживал по ком­на­те и то вполголоса напевал псалмы, то внушительно поучал дочь.

Читайте также:  Как на иврите будет привет брат

Обратите внимание, что в предложении имеются также од­но­род­ные об­сто­я­тель­ства и дополнения, но мы их не выделяем для более чёткой картины.

После сказуемого «расхаживал» за­пя­той нет! Но если бы вместо союза И ТО, И ТО был бы просто И, запятых было целых три (по правилу 15.1.4)

15.1.7. При однородных членах имеются двойные союзы.

Правило: При двой­ных со­ю­зах запятая ста­вит­ся перед вто­рой его частью. Это союзы как. так и; не только. но и; не столько. сколько; насколько. настолько; хотя и. но; если не. то; не то что. но; не то чтобы. а; не толь­ко не, а, скорее. чем и другие.

Обратите внимание, что каждая часть двойного союза стоит ПЕРЕД ОЧ, что очень важно учитывать при вы­пол­не­нии за­да­ния 7 (тип «ошибка на од­но­род­ные члены») мы уже встре­ча­лись с этими союзами.

15.1.8. Часто однородные члены соединяются попарно

Правило: При по­пар­ном объ­еди­не­нии вто­ро­сте­пен­ных чле­нов пред­ло­же­ния за­пя­тая ста­вит­ся между па­ра­ми (союз И дей­ству­ет локально, толь­ко внут­ри групп):

15.1.9.Не яв­ля­ют­ся однородными, по­это­му не вы­де­ля­ют­ся запятыми:

Ряд повторов, име­ю­щих усилительный от­те­нок — это не од­но­род­ные члены.

Простые осложнённые ска­зу­е­мые также не яв­ля­ют­ся однородными

Сказал так сказал, пойду проверю.

Фразеологизмы с по­вто­ря­ю­щи­ми­ся союзами не яв­ля­ют­ся однородными чле­на­ми

Ни то ни сё, ни рыба ни мясо; ни свет ни заря; ни день ни ночь

Из глу­би­ны цветка не­ожи­дан­но поднялся сон­ный золотистый шмель.

15.2. ЗНАКИ ПРЕ­ПИ­НА­НИЯ В СЛОЖНОСОЧИНЁННОМ ПРЕДЛОЖЕНИИ

Сложносочиненными на­зы­ва­ют­ся сложные предложения, в ко­то­рых простые пред­ло­же­ния равноправны по смыс­лу и свя­за­ны сочинительными союзами. Части слож­но­со­чи­нен­но­го предложения не за­ви­сят друг от друга и со­став­ля­ют одно смыс­ло­вое целое.

Пример: Три раза зи­мо­вал он в Мир­ном, и каж­дый раз воз­вра­ще­ние домой ка­за­лось ему пре­де­лом че­ло­ве­че­ско­го сча­стья.

В за­ви­си­мо­сти от вида со­чи­ни­тель­но­го союза, ко­то­рый связывает части предложения, все слож­но­со­чи­нен­ные предложения (ССП) де­лят­ся на три ос­нов­ных разряда:

3) ССП с про­ти­ви­тель­ны­ми союзами (а, но, да в зна­че­нии но, однако, зато, но зато, только, же).

15.2.1 Основное правило постановки запятой в ССП.

Схема: [ предстоит ], и [ он знал ].

В дверь позвонили, и никто не сдвинулся с места.

Схема: [ позвонили ], и [ никто не сдвинулся ].

б) Подлежащее может быть вы­ра­же­но местоимениями, как личными, так и дру­гих разрядов: Я вдруг услышал до боли зна­ко­мый голос, и это вернуло меня к жизни.

15.2.2 Особые условия постановки знаков в сложносочинённом предложении

Пример 1: Через год дочка пошла в школу и мама смогла выйти на работу.

Оба про­стых предложения в рав­ной мере могут пре­тен­до­вать на об­сто­я­тель­ство времени «через год». Что случилось через год? Дочка пошла в школу. Мама смогла выйти на работу.

Теперь более слож­ный пример 1: На окра­и­не города снег уже начал подтаивать, и здесь уже была впол­не весенняя картина. В пред­ло­же­нии два обстоятельства, у каж­до­го простого— своё. Имен­но поэтому за­пя­тая поставлена. Общего второстепенного члена нет. Таким образом, на­ли­чие второго вто­ро­сте­пен­но­го члена та­ко­го же типа (места, времени, цели) во вто­ром предложении даёт право по­ста­вить запятую.

Пример 2: К ночи температура у мамы поднялась ещё больше, и мы не спали всю ночь. Нет оснований относить обстоятельство «к ночи» ко второй части сложного предложения, поэтому запятая ставится.

Необходимо отметить, что бы­ва­ют и дру­гие случаи, при ко­то­рых запятая не ста­вит­ся между ча­стя­ми сложносочинённого предложения. К ним от­но­сит­ся наличие об­ще­го вводного слова, общей при­да­точ­ной части, а также двух пред­ло­же­ний неопределённо-личных, безличных одинаковых по структуре, восклицательных. Но эти слу­чаи не вклю­ча­лись в за­да­ния ЕГЭ, и в по­со­би­ях они не представлены и в школьном курсе не изучаются.

Источник

ЧИТАТЬ КНИГУ ОНЛАЙН: Повести

НАСТРОЙКИ.

sel back

sel font

font decrease

font increase

СОДЕРЖАНИЕ.

СОДЕРЖАНИЕ

2

Николай Васильевич Гоголь

Тут только могут столкнуться различные классы общества. [все классы нашего общества.]

Единственное место, показываются люди не по необходимости, куда их не загнала [ можно видеть людей, которых, не за ] надобность и меркантильный интерес, объемлющий весь Петербург. Кажется, встреченный человек на Невском проспекте меньше эгоист, нежели в Морской, Гороховой, Литейной, Мещанской и других улицах, где интерес и надобность и жадность выражаются [видна] в едущих и летящих [в едущих и идущих] на дрожках и в каретах.

Я готов клясться, что половина жителей Петербурга без ума от Невского проспекта. Да как и не быть без ума? Жилец какой-нибудь Петербургской или Выборгской части, который десять лет [который в продолжение ] не выставляет своего носа знакомому [ приятелю] своему на Песках или у Московской заставы, здесь он встретится с ним прежде нежели думает. Никакой адрес-курант и справочное место не доставит такого верного известия, [такого верного местожительства] как Невский проспект. [Далее начато: Чудный] Всемогущий Невский проспект: единственное развлечение [единственное развлечение и гулянье] бедного на гулянья Петербурга. Как чисто подметены его тротуары, и, боже, сколько ног всякого народу оставляет на нем следы [сколько ног всякого народу пройдет по нем] в один день! И неуклюжий грязный сапог отставного солдата, под которым трескается даже гранит, и миниатюрный легкий как дым башмачек молоденькой дамочки, оборачивающей свою головку [оборачивающей точно подсолнечник свою милую головку к солнцу] к блестящим окнам магазина, как подсолнечник к солнцу, и гремящая сабля исполненного надежд прапорщика [и сабля прапорщика], оставляющая на нем резкую царапину, всё вымещает на нем [всё показывает следы свои] могущество силы или могущество слабости. Какая быстрая совершается на нем фантасмогория в течение только одного дня! [Далее начато: в один день сколько]

Сколько вытерпит он перемен в один день! Начнем с самого раннего утра, [Начнем с утра] как весь Петербург пахнет горячими только что выпеченными хлебами наполнен старушками в салопах, в изодранных платьях, [Далее начато: спешащих] совершающих свои наезды на церкви и сострадательных прохожих.

Тогда Невский проспект пуст. Плотные содержатели магазинов [и] их комми еще спят в своих голландских рубашках или мылят свою благородную щеку [или мылят щеку] и пьют кофий. Нищие собираются у дверей кондиторских, где сонный ганимед, [где безобразный ганимед с метлою] летавший вчера, как муха с шеколадом, вылезает [выпив вылезает] с метлой в руке без галстуха, и швыряет [и выбр ] им черствые пироги и объедки. По улицам плетется нужный народ, иногда переходят русские мужики, спешащие на работу в сапогах, [спешащие в сапогах] запачканных известию, которых и Екатерининский канал, известный своею чистотой, не в состоянии был обмыть. В это время обыкновенно неприлично ходить дамам, потому что русский народ любит изъясняться такими резкими выражениями, каких они не услышат ни в магазинах, ни в театрах. [а. каких они может быть даже никогда не слышали б. каких они не услышат ни в магазинах ни в концертах.]

Иногда сонный чиновник проплетется с портфелью в таком случае, [особливо в таком случае] когда [Далее начато: к департа ] через Невский проспект лежит дорога в его департамент. В это время и до 12 часов можно сказать решительно, что Невский проспект не составляет ни для кого цели. Он постепенно наполняется лицами, имеющими свои занятия, свои заботы, свои досады, но вовсе не думающими о нем. Русский мужик говорит о гривне или семи грошах меди, старики и старухи размахивают руками, и говорят [или говорят] сами собою, иногда с жаром [часто с жаром] и самыми разительными жестами, но никто их не слушает и не смеется над ними, выключая только разве мальчишек в пестрядевых халатах с пустыми штофами [с ш ] или готовыми сапогами в руках, бегущих молнией по Невскому проспекту. [Далее начато: Тут]

Читайте также:  Меня зовут даша как будет по английски

В это время что бы вы на себя ни надели, хотя бы даже вместо шляпы картуз был у вас на голове, хотя бы вы воротничок слишком много высунули из вашего галстуха, — никто этого не заметит.

Источник

Шум говор толпа людей все это было как то непривычно

Николай Васильевич Гоголь

В департаменте. но лучше не называть, в каком департаменте. Ничего нет сердитее всякого рода департаментов, полков, канцелярий и, словом, всякого рода должностных сословий. Теперь уже всякий частный человек считает в лице своем оскорбленным всё общество. Говорят, весьма недавно поступила просьба от одного капитан-исправника, не помню какого-то города, в которой он излагает ясно, что гибнут государственные постановления и что священное имя его произносится решительно всуе. А в доказательство приложил к просьбе преогромнейший том какого-то романтического сочинения, где чрез каждые десять страниц является капитан-исправник, местами даже совершенно в пьяном виде. Итак, во избежание всяких неприятностей, лучше департамент, о котором идет дело, мы назовем одним департаментом. Итак, в одном департаменте служил один чиновник; чиновник нельзя сказать чтобы очень замечательный, низенького роста, несколько рябоват, несколько рыжеват, несколько даже на вид подслеповат, с небольшой лысиной на лбу, с морщинами по обеим сторонам щек и цветом лица что называется геморроидальным. Что ж делать! виноват петербургский климат. Что касается до чина (ибо у нас прежде всего нужно объявить чин), то он был то, что называют вечный титулярный советник, над которым, как известно, натрунились и наострились вдоволь разные писатели, имеющие похвальное обыкновенье налегать на тех, которые не могут кусаться. Фамилия чиновника была Башмачкин. Уже по самому имени видно, что она когда-то произошла от башмака; но когда, в какое время и каким образом произошла она от башмака, ничего этого неизвестно. И отец, и дед, и даже шурин и все совершенно Башмачкины ходили в сапогах, переменяя только раза три в год подметки. Имя его было Акакий Акакиевич. Может быть, читателю оно покажется несколько странным и выисканным, но можно уверить, что его никак не искали, а что сами собою случились такие обстоятельства, что никак нельзя было дать другого имени, и это произошло именно вот как. Родился Акакий Акакиевич против ночи, если только не изменяет память, на 23 марта. Покойница матушка, чиновница и очень хорошая женщина, расположилась, как следует, окрестить ребенка. Матушка еще лежала на кровати против дверей, а по правую руку стоял кум, превосходнейший человек, Иван Иванович Ерошкин, служивший столоначальником в сенате, и кума, жена квартального офицера, женщина редких добродетелей, Арина Семеновна Белобрюшкова. Родильнице предоставили на выбор любое из трех, какое она хочет выбрать: Моккия, Сессия, или назвать ребенка во имя мученика Хоздазата. «Нет, – подумала покойница, – имена-то всё такие». Чтобы угодить ей, развернули календарь в другом месте; вышли опять три имени: Трифилий, Дула и Варахасий. «Вот это наказание, – проговорила старуха, – какие всё имена; я, право, никогда и не слыхивала таких. Пусть бы еще Варадат или Варух, а то Трифилий и Варахасий». Еще переворотили страницу – вышли: Павсикахий и Вахтисий. «Ну, уж я вижу, – сказала старуха, – что, видно, его такая судьба. Уж если так, пусть лучше будет он называться, как и отец его. Отец был Акакий, так пусть и сын будет Акакий». Таким образом и произошел Акакий Акакиевич. Ребенка окрестили, причем он заплакал и сделал такую гримасу, как будто бы предчувствовал, что будет титулярный советник. Итак, вот каким образом произошло всё это. Мы привели потому это, чтобы читатель мог сам видеть, что это случилось совершенно по необходимости и другого имени дать было никак невозможно. Когда и в какое время он поступил в департамент и кто определил его, этого никто не мог припомнить. Сколько ни переменялось директоров и всяких начальников, его видели всё на одном и том же месте, в том же положении, в той же самой должности, тем же чиновником для письма, так что потом уверились, что он, видно, так и родился на свет уже совершенно готовым, в вицмундире и с лысиной на голове. В департаменте не оказывалось к нему никакого уважения. Сторожа не только не вставали с мест, когда он проходил, но даже не глядели на него, как будто бы через приемную пролетела простая муха. Начальники поступали с ним как-то холодно-деспотически. Какой-нибудь помощник столоначальника прямо совал ему под нос бумаги, не сказав даже: «перепишите», или: «вот интересное, хорошенькое дельце», или что-нибудь приятное, как употребляется в благовоспитанных службах. И он брал, посмотрев только на бумагу, не глядя, кто ему подложил и имел ли на то право. Он брал и тут же пристраивался писать ее. Молодые чиновники подсмеивались и острились над ним, во сколько хватало канцелярского остроумия, рассказывали тут же пред ним разные составленные про него истории; про его хозяйку, семидесятилетнюю старуху, говорили, что она бьет его, спрашивали, когда будет их свадьба, сыпали на голову ему бумажки, называя это снегом. Но ни одного слова не отвечал на это Акакий Акакиевич, как будто бы никого и не было перед ним; это не имело даже влияния на занятия его: среди всех этих докук он не делал ни одной ошибки в письме. Только если уж слишком была невыносима шутка, когда толкали его под руку, мешая заниматься своим делом, он произносил: «Оставьте меня, зачем вы меня обижаете?» И что-то странное заключалось в словах и в голосе, с каким они были произнесены. В нем слышалось что-то такое преклоняющее на жалость, что один молодой человек, недавно определившийся, который, по примеру других, позволил было себе посмеяться над ним, вдруг остановился, как будто пронзенный, и с тех пор как будто всё переменилось перед ним и показалось в другом виде. Какая-то неестественная сила оттолкнула его от товарищей, с которыми он познакомился, приняв их за приличных, светских людей. И долго потом, среди самых веселых минут, представлялся ему низенький чиновник с лысинкою на лбу, с своими проникающими словами: «Оставьте меня, зачем вы меня обижаете?» – и в этих проникающих словах звенели другие слова: «Я брат твой». И закрывал себя рукою бедный молодой человек, и много раз содрогался он потом на веку своем, видя, как много в человеке бесчеловечья, как много скрыто свирепой грубости в утонченной, образованной светскости, и, Боже! даже в том человеке, которого свет признает благородным и честным.

Читайте также:  Как должны ручки быть у новорожденного

Вряд ли где можно было найти человека, который так жил бы в своей должности. Мало сказать: он служил ревностно, – нет, он служил с любовью. Там, в этом переписываньи, ему виделся какой-то свой разнообразный и приятный мир. Наслаждение выражалось на лице его; некоторые буквы у него были фавориты, до которых если он добирался, то был сам не свой: и подсмеивался, и подмигивал, и помогал губами, так что в лице его, казалось, можно было прочесть всякую букву, которую выводило перо его. Если бы соразмерно его рвению давали ему награды, он, к изумлению своему, может быть, даже попал бы в статские советники; но выслужил он, как выражались остряки, его товарищи, пряжку в петлицу да нажил геморрой в поясницу. Впрочем, нельзя сказать, чтобы не было к нему никакого внимания. Один директор, будучи добрый человек и желая вознаградить его за долгую службу, приказал дать ему что-нибудь поважнее, чем обыкновенное переписыванье; именно из готового уже дела велено было ему сделать какое-то отношение в другое присутственное место; дело состояло только в том, чтобы переменить заглавный титул да переменить кое-где глаголы из первого лица в третье. Это задало ему такую работу, что он вспотел совершенно, тер лоб и, наконец, сказал: «Нет, лучше дайте я перепишу что-нибудь». С тех пор оставили его навсегда переписывать. Вне этого переписыванья, казалось, для него ничего не существовало. Он не думал вовсе о своем платье: вицмундир у него был не зеленый, а какого-то рыжевато-мучного цвета. Воротничок на нем был узенький, низенький, так что шея его, несмотря на то что не была длинна, выходя из воротника, казалась необыкновенно длинною, как у тех гипсовых котенков, болтающих головами, которых носят на головах целыми десятками русские иностранцы. И всегда что-нибудь да прилипало к его вицмундиру: или сенца кусочек, или какая-нибудь ниточка; к тому же он имел особенное искусство, ходя по улице, поспевать под окно именно в то самое время, когда из него выбрасывали всякую дрянь, и оттого вечно уносил на своей шляпе арбузные и дынные корки и тому подобный вздор. Ни один раз в жизни не обратил он внимания на то, что делается и происходит всякий день на улице, на что, как известно, всегда посмотрит его же брат, молодой чиновник, простирающий до того проницательность своего бойкого взгляда, что заметит даже, у кого на другой стороне тротуара отпоролась внизу панталон стремешка, – что вызывает всегда лукавую усмешку на лице его.

Источник

Шинель :: Гоголь Николай Васильевич

Видно, что уж чиновники давно собрались и выпили по первому стакану чаю. Акакий Акакиевич, повесивши сам шинель свою, вошел в комнату, и перед ним мелькнули в одно время свечи, чиновники, трубки, столы для карт, и смутно поразили слух его беглый, со всех сторон подымавшийся разговор и шум передвигаемых стульев. Он остановился весьма неловко среди комнаты, ища и стараясь придумать, что ему сделать. Но его уже заметили, приняли с криком, и все пошли тот же час в переднюю и вновь осмотрели его шинель. Акакий Акакиевич хотя было отчасти и сконфузился, но, будучи человеком чистосердечным, не мог не порадоваться, видя, как все похвалили шинель. Потом, разумеется, все бросили и его и шинель и обратились, как водится, к столам, назначенным для виста. Все это: шум, говор и толпа людей, – все это было как-то чудно Акакию Акакиевичу. Он просто не знал, как ему быть, куда деть руки, ноги и всю фигуру свою; наконец подсел он к игравшим, смотрел в карты, засматривал тому и другому в лица и чрез несколько времени начал зевать, чувствовать, что скучно, тем более что уж давно наступило то время, в которое он, по обыкновению, ложился спать. Он хотел проститься с хозяином, но его не пустили, говоря, что непременно надо выпить в честь обновки по бокалу шампанского. Через час подали ужин, состоявший из винегрета, холодной телятины, паштета, кондитерских пирожков и шампанского. Акакия Акакиевича заставили выпить два бокала, после которых он почувствовал, что в комнате сделалось веселее, однако ж никак не мог позабыть, что уже двенадцать часов и что давно пора домой. Чтобы как-нибудь не вздумал удерживать хозяин, он вышел потихоньку из комнаты, отыскал в передней шинель, которую не без сожаления увидел лежавшею на полу, стряхнул ее, снял с нее всякую пушинку, надел на плеча и опустился по лестнице на улицу. На улице все еще было светло. Кое-какие мелочные лавчонки, эти бессменные клубы дворовых и всяких людей, были отперты, другие же, которые были заперты, показывали, однако ж, длинную струю света во всю дверную щель, означавшую, что они не лишены еще общества и, вероятно, дворовые служанки или слуги еще доканчивают свои толки и разговоры, повергая своих господ в совершенное недоумение насчет своего местопребывания. Акакий Акакиевич шел в веселом расположении духа, даже подбежал было вдруг, неизвестно почему, за какою-то дамою, которая, как молния, прошла мимо и у которой всякая часть тела была исполнена необыкновенного движения. Но, однако ж, он тут же остановился и пошел опять по-прежнему очень тихо, подивясь даже сам неизвестно откуда взявшейся рыси. Скоро потянулись перед ним те пустынные улицы, которые даже и днем не так веселы, а тем более вечером. Теперь они сделались еще глуше и уединеннее: фонари стали мелькать реже – масла, как видно, уже меньше отпускалось; пошли деревянные домы, заборы; нигде ни души; сверкал только один снег по улицам, да печально чернели с закрытыми ставнями заснувшие низенькие лачужки. Он приблизился к тому месту, где перерезывалась улица бесконечною площадью с едва видными на другой стороне ее домами, которая глядела страшною пустынею.

Вдали, бог знает где, мелькал огонек в какой-то будке, которая казалась стоявшею на краю света. Веселость Акакия Акакиевича как-то здесь значительно уменьшилась. Он вступил на площадь не без какой-то невольной боязни, точно как будто сердце его предчувствовало что-то недоброе. Он оглянулся назад и по сторонам: точное море вокруг него. «Нет, лучше и не глядеть», – подумал и шел, закрыв глаза, и когда открыл их, чтобы узнать, близко ли конец площади, увидел вдруг, что перед ним стоят почти перед носом какие-то люди с усами, какие именно, уж этого он не мог даже различить. У него затуманило в глазах и забилось в груди.

Источник

Adblock
detector